– Ох! – выдохнула Миранда, и ее щеки порозовели. – Не дайте семеро, узнает кто про вино, и тогда нам всем несдобровать! Как ты пронесла ее в академию?

– Старая пьяница доставляет провизию для нашей кухни, а у меня заказывает мазь от радикулита. Вы же знаете, какая она скряга, вот и расплатилась как-то со мной не монетами, а вот этой бутылочкой! – И она встряхнула сосуд, отчего жидкость в нем призывно булькнула. – Ну же, смелее, мои пташки! Год на исходе, а мы еще не загадали желание!

А ведь и правда, пора холода приближалась к середине. Скоро семь богов станут удлинять денечки и отогревать землю для новых урожаев. И традиция просить высшие силы о самом сокровенном и желанном действительно была.

Миранда взвизгнула и бросилась к неприметному шкафчику, откуда извлекла три глиняные кружки, из которых мы иногда по вечерам хлебали горячий отвар. Самый лучший, бодрящий и ароматный отвар во всей академии. Недаром Софи и Миранда считались лучшими травницами среди адептов. Мне же лучше давалась магия, а в зельях и ингредиентах я разбиралась посредственно. Куда лучше живые магические потоки.

Со звонким «чпок» Софи откупорила бутыль и плеснула в две кружки, а третью я едва успела накрыть рукой.

– Мне воды.

О том, что адептам с даром разрезать пространство спиртное запрещено, каждого уведомили еще при поступлении. И если лекарям, травникам, зельеварам, прорицателям и даже стихийникам делали некоторые послабления, то к портальщикам были суровы.

– Сэм, брось! Мы всего по глоточку! – улыбнулась Миранда. – Только ради желания!

Софи промолчала и просто улыбнулась мне. И почему-то ее улыбка показалась мне неприятной, фальшивой, словно наклеенной на хорошенькое личико подруги и соседки по комнате. Может быть, потому, что ее глаза оставались слишком серьезными. Интуиция встрепенулась и вопила не рисковать, но дрожь, вызванную недавним разговором о драконе, следовало унять, заодно хоть немного успокоив нервы. И я решилась, подставив свою кружку.

– Только глоток! – предупредила я.

– Кто же тебе больше-то нальет столь ценного продукта? – лукаво поинтересовалась Софи и щедро плеснула настойки миссис Келли. – Ну, за все хорошее!

Глиняные бока ударились с глухим звуком, и мы отхлебнули вишневый напиток. Желание я все-таки загадала. Обычное для простой девушки, но такое заветное для дочери графа Тайлера – мне хотелось любви, настоящей.

Последнее, что увидела, пытаясь удержать ускользающее сознание, – легкую, чуть извиняющуюся улыбку Софи и удивленное личико засыпающей Миранды. И вот теперь я пристально вглядывалась в красивое, нагло ухмыляющееся лицо бывшего жениха. Что он сказал? Узнала ли я его? О да! Я узнала бы его за тысячу шагов из миллиона мужчин нашего мира лишь потому, что до паники боялась быть пойманной.

– Милорд?.. – снова прошептала я, никак не отреагировав на его предыдущие слова. О чем он просил? Что-то принести ему?

Заерзала, пытаясь отстраниться от дракона, который с каждым моим словом становился все серьезнее. Улыбка сползла с его лица, густые темные брови сдвинулись, и между ними залегла складка. Взгляд заледенел и уже откровенно пугал меня. «Узнал… Узнал…» – билось в голове, а сердце стучало так бешено, что, казалось, вот-вот выскочит.

Тяжелая рука герцога сместилась с моей пятой точки вверх по спине, а потом грубо легла на затылок и сдернула капюшон. Да, в наших крохотных комнатках старого как мир замка зимой бывало так холодно, что приходилось спать в мантиях. Значит, хоть мы и провели ночь вместе, но, судя по наличию одежд, ничего между нами не было. Но как, бездна побери, он здесь очутился так быстро? Ах да! Проверка…

Герцог зарычал и со злостью столкнул меня с кровати, выдохнув:

– Блондинка! Ненавижу блондинок!

Я слетела на пол и больно приложилась бедром об угол деревянной койки, но не это меня сейчас беспокоило.