— Ладно, вы меня спасли, — согласился Феофанов нехотя. — У меня от побоев шок, поэтому вы решили отвезти меня домой и напоить чаем. Так сказать, пожалели бедного калеку.

— Про калеку это хорошее дополнение, хвалю, — улыбнулась я, оценив его сарказм. — Можете еще рассказать про слабое здоровье.

— Смейтесь, смейтесь, — печально вздохнул Феофанов. — Мать рассказывала, что я родился очень слабеньким, постоянно болел, и она боялась, что я не выживу.

— Да это все матери так рассказывают, — махнула я рукой. — Давайте дальше.

— Я не женат, не выбрал еще подходящую девушку, — продолжал заученно Феофанов. — Остальное уже пойдет правда, про работу, про квартиру.

— Хорошо, — удовлетворенно кивнула я и посмотрела на руки архитектора. — Вы что, кольцо не носите?

— Нет, — ответил Феофанов.

— Ну, тогда вперед, — скомандовала я. Мы поднялись на один пролет вверх. Я достала ключи и открыла входную дверь. — Проходите, Виктор Арсентьевич, не стесняйтесь. Будьте как дома, но не забывайте, что в гостях.

Когда он вошел, я захлопнула дверь, обернулась и увидела тетушку, выглянувшую из кухни на шум. Тетя Мила удивленно разглядывала архитектора, не в силах вымолвить ни слова, да и мой маскарад ввел ее в замешательство.

— Тетя, здравствуй, — нарушила я молчание и, указав на Феофанова, произнесла будничным тоном: — А это Витя, он будет жить у нас.

Феофанов хотел было поздороваться, но, услышав мои речи, закашлялся.

— То есть как?! — не поняла тетя Мила юмора. — Как жить? Что ты говоришь?

Сбросив сапожки, я обняла ее, поцеловала в щеку и прошептала на ухо:

— Шутка.

— Ну у тебя и шуточки, Женя. — Тетя с обидой отстранила меня. — У меня чуть удар не случился.

— А я думала, что ты будешь рада. Хотела сделать тебе приятное, — напустила я на себя оскорбленный вид.

Феофанов стеснительно жался к двери, поэтому я его вежливо спросила:

— Виктор Арсентьевич, вы заходить будете или как?

Тетя осторожно взяла меня под локоть. Ее глаза указали на Феофанова, требуя нормальных объяснений, а не ерунды, что я наговорила минуту назад.

— Прошу любить и жаловать — Виктор Арсентьевич, мы случайно сейчас познакомились на улице, — произнесла я, отбирая у Феофанова куртку. — Шел с работы, и на него напали хулиганы, представляешь?

— Какой ужас! — всплеснула руками тетя Мила, пригляделась и заметила следы побоев на лице моего клиента. — Да у вас шишка! Немедленно надо наложить холодный компресс и обработать ссадины перекисью водорода.

— Не стоит беспокоиться, — попробовал возразить Феофанов. Но тетя ничего не хотела слушать, она потащила архитектора в комнату, усадила на диван, сбегала за медикаментами на кухню и принялась оказывать первую помощь.

Оставив клиента в чутких руках тети Милы, я пошла в свою комнату привести себя в порядок. Следовало поторапливаться, так как тетя Мила с ее способностями ненавязчиво вытягивать из людей информацию могла расколоть Феофанова, а это очень нежелательно. Сняв парик и очки, расчесала волосы, подкрасила глаза, губы — все-таки в доме как-никак был гость — и, переодевшись в удобные джинсы и блузку, поспешила обратно в гостиную.

Слава богу, тетя еще не начала допроса, я успела вовремя. Феофанов продолжал подвергаться медицинским процедурам и недовольно ворчал.

— Ну что вы как маленький, царапины могут воспалиться, — уговаривала тетя Мила, смазывая ему лоб мазью.