Как-нибудь попозже.
Впрочем, Саманта только хотела посмотреть, как это делают в Ирландии, — и чуть-чуть расслабиться. Напиваться до поросячьего визга она не планировала.
Паб, который они нашли, — настоящий паб, стилизованный под старину, в историческом квартале, с пивной кружкой на вывеске и каким-то заковыристым названием, — не особенно отличался от аналогичных лондонских заведений. Впрочем, пить ирландский виски в Ирландии — это все равно шик. Саманта попросила побольше льда, чтобы нечего потом было стыдиться перед Джастином, — на нее странно посмотрели. Кажется, тут не принято разбавлять алкоголь.
В голову ударило мгновенно. Саманта повеселела. Джастин наблюдал за ней с недоверчивым любопытством и какой-то непонятной печалью.
После второй порции Саманта смеялась уже вполне натурально и строила глазки какому-то колоритному аборигену с густыми, не по моде двадцать первого века бакенбардами.
Третью Джастин у нее попросту отобрал.
— Сэм, нам еще ехать, — напомнил он.
— Я знаю, — обиделась Саманта. — Что ты со мной, как с маленькой девочкой…
— Ни в коем случае. — Джастин покачал головой. — Как с большой девочкой. Маленькие девочки — маленькие глупости, большие девочки — большие глупости.
— Знаешь, а мне всегда казалось, что ты не похож на Эда, — сказала Саманта с нажимом, будто желая обидеть его.
— А теперь ты думаешь по-другому? — Он провел ладонью по столешнице из специально состаренного дерева. Впрочем, может статься, здесь уже три века был паб и стол этот стоял на этом самом месте уже много десятилетий.
— Нет, — устало вздохнула Саманта. — Но мне не нравится, что ты…
— Просто сейчас у меня больше здравого смысла, чем у тебя.
— Я устала.
— Я понимаю. Поэтому давай просто возьмем такси и поедем на вокзал.
— Давай.
Ей нравилось, как Джастин решает проблемы. Он спокоен и искренен, он не кричит и не стремится подавить или обвинить.
Саманте почудилось что-то неладное в том, что у Джастина внезапно обнаружилось такое количество достоинств. Она решила подумать об этом потом. Когда будет в состоянии думать.
Сев в поезд, Джастин тут же раскрыл книгу в строгой обложке. Саманта тут же полюбопытствовала, что это.
— «Шахматы для начинающих: популярные дебюты», — прочитала она вслух. — Не знала, что ты увлекаешься шахматами.
— Увлекаюсь, — коротко ответил Джастин.
Еще как увлекаюсь, подумал он. На самом деле книга была куплена совершенно случайно в случайном же киоске. Ему нужна была пища для ума, причем очень питательная и долго усваиваемая. Он готов был увлечься чем угодно, чтобы только не таращиться впустую на Саманту. Кажется, он переоценил свои силы. Все только начинается…
А он думал, что у него большой опыт в деле сокрытия истинных чувств. Он думал, что сможет вести себя с ней легко и непринужденно, как всегда. Что возьмет себе этот кусочек ее жизни, ничем не выдав себя и не вызывая у нее тревоги. А как бы не так! Здесь все иначе. Здесь нет Эдмонда. Эдмонд далеко-далеко, за морем, за горами, и лесами, и реками, он потерялся где-то в каменном многоярусном лабиринте Лондона — и это усложняет некоторые вещи. Многие.
Нет, не многие, но очень важные.
Саманта смотрела в окно. Алкоголь, разбавивший кровь, помог ей немного расслабиться. В движениях появилась почти исчезнувшая в последнее время ленивая грация, щеки разрумянились, а глаза-вишни заблестели. И пусть это не блеск радости, все равно очень красиво…
Она смотрела в окно. У нее очень благородный профиль. Интересно — как так может быть? Благородный профиль и дерзкий анфас. |