Лейтенант Лодейников чуть подался вперёд и рыкнул:

— А мне не нужно, чтобы ты меня любил, я тебе не педик. Понял? Мне надо, чтобы ты меня боялся. Понял?

Сказав так он шмальнул по каменной плите площадки метрах в пяти от ангелов такой мощной молнией, что гранит на том месте мигом расплавился и рвануло так, что пленников даже встряхнуло взрывной волной, а ещё один ангел воскликнул:

— Зикиэль, умолкни, Бога ради! Мы сейчас находимся не в том положении, чтобы спорить с этим разгневанным юношей, а с тобой, Семияза, я ещё поговорю с глазу на глаз. — С трудом повернувшись лицом к Валерию, он попросил — Парень, ты бы освободил немного хватку своей ловушки. Мы хотя и ангелы, всё же не семижильные. И от кого ты только научился таким боевым приёмам? Хотя лично меня волнует не столько это, сколько твоя совершенно дурная силища.

Валера, который сжал левую ладонь так, словно сжимал в ней теннисный мячик, с улыбкой растопырил пальцы. От этого голубая сеть, плотно охватившая ангелов, немедленно превратилась в купол и они расслабленно вздохнули и в знак того, что не намерены продолжать выяснение кто тут прав, а кто виноват, вложили свои мечи в ножны. Вид у Семиязы при этом был такой задумчивый и грустный, что Валере сделалось его даже жалко и он немедленно поинтересовался:

— Зикиэль, эта ваша амброзия, она что, стоит на особом учёте, как личное оружие или за ней приглядывают ещё строже?

Ангел Зикиэль отрицательно помотал головой и ответил:

— Нет, это просто напиток, которым мы запиваем различные яства. Точно такой же, как нектар или астазия. Единственное, о чём я тебя попрошу, парень, не давай райских яблок, хлебцев и амброзии простым людям. Наши начальники тебя за это по головке не погладят, а то и вовсе накажут очень строго. Ты же не думаешь, что на тебя в Раю не найдётся управы?

— Это почему же людям нельзя вкушать райской пищи? — С притворным удивлением спросил Валерий — Она что, смертельно ядовитая для них что ли?

Ангел отрицательно помотал головой и ответил:

— Нет, отчего же, не ядовитая. Скорее даже наоборот, она способна исцелить любую болезнь и даже продлит годы жизни любого человека. Просто райская пища предназначена только для ангелов, да, и то не для всех. Её лишают на какое-то время тех, кто в чём-то очень сильно провинился и это наказание будет даже пострашнее, чем заточение в Геену лет на пятьдесят.

Услышав такой ответ, Валерий хлопнул правой рукой по бедру и громко воскликнул:

— Опаньки! Ну, вы, ангелы, и жлобы после этого! Мало того, что люди на Земле мучаются от огромного числа всяческих болезней, так вы ещё и не даёте им от них лекарства, созданного Всевышним. Да, такого беспредела я ещё в жизни не видел.

Семияза хмуро буркнул, глянув на него исподлобья:

— Со своими претензиями, дух, тебе лучше обратиться к Создателю, а не к нам. Мы исполняем его приказ. Зикиэль, ты можешь особенно не переживать из-за того, что благодаря этому типу кто-то из людей, возможно, вкусит райской пищи. Нам разрешено давать её не только демонам, но и астральным существам и даже воплощённым, и то, как он ею распорядится, нас уже не касается. Это ляжет тяжким грузом на его, а не на наши плечи. Так что успокойся хотя бы на этот счёт.

Все замолчали, но пауза длилась недолго. Минуты через три появился ангел Раамиэль, нагруженный корзинками и сказал:

— Вот, принёс, как ты и приказал, дух. Извини, парень, но это стандартный набор для ангелов, отправляющихся в дорогу, а потому я не стал ничего перекладывать, иначе всё пропадёт уже через каких-то несколько часов, а так будет храниться, чуть ли не целую вечность, если не открывать корзинку.

Судя по кислой физиономии Семиязы, ему совсем не понравилась такая простота Раамиэля, но он промолчал.