Все началось столь стремительно, что Зошина не успела и рта открыть. Женщины из компании короля восхищенно хохотали и воплями поддерживали своих «героев»:

— Бей их! Так их! Пива нам, пива, мы хотим пива! Пива! Пива!

Но тут те, кто стоял у самой стойки, поняли, что позади них происходит какая-то заваруха.

Зошина увидела выражение лица самого высокого парня и поняла — беды не миновать.

Ударом кулака он сбил с ног одного из приятелей короля. Это послужило сигналом для других.

Завязалась драка.

Некоторые, получив удар в спину, не особо разбираясь, очухавшись, принимались колотить тех, кто оказывался поблизости.

Немного погодя в драку включились даже те, кто сначала не участвовал в потасовке. Но все слишком много выпили и соображали одинаково плохо.

Грохот стоял неимоверный. Зошина увидела, как один из друзей короля выхватил кружку с пивом у кого-то из рук и изо всех сил запустил в длинный ряд бутылок, расставленных на полках бара.

Раздался звон стекла, барменши закричали.

Это словно подстегнуло других, пивные кружки полетели то в одного посетителя, то в другого.

Большое зеркало треснуло посередине, и барменши выбежали из-за стойки бара, подальше от опасности.

Как только мужчины поняли, что бар оказался без присмотра, все бросились туда за уцелевшими бутылками. Один из них получил пустой пивной кружкой по лицу. Кровь потекла у него по щеке.

Охваченная ужасом, зажатая в толпе наблюдавших за дракой, Зошина не могла даже пошевелиться. Она дрожала от страха в ожидании, чем кончится это побоище, когда кто-то подхватил ее на руки.

Перепуганная девушка начала вырываться, но этот человек прошептал:

— Все в порядке! Не волнуйтесь! Я вытащу вас отсюда. Она подняла голову, увидела лицо в маске, и в этот момент большая часть фонарей, освещавших пивной зал, погасла.

В толпе кто-то закричал. При свете оставшихся фонарей ее спаситель пронес Зошину на руках, стараясь отойти подальше от танцевального круга.

Но не успел он это сделать, как раздались выстрелы.

Они следовали один за другим, и Зошина испуганно вздрагивала каждый раз. Но тут почувствовала, что ее поставили на ноги.

Дверь открылась, кто-то подтолкнул девушку к выходу, и она оказалась в кромешной темноте.

Из-за двери опять послышались выстрелы. Зошина пошарила перед собой в темноте руками и обнаружила рядом, совсем близко, своего спасителя. Он был намного выше нее ростом.

— Кто… вы?» — спросила Зошина дрожащим от страха голосом, подняв лицо вверх. Должно быть, как раз в этот момент он наклонился над ней… Их губы встретились.

Зошина замерла, но прежде, чем она сделала хоть малейшее движение, прежде чем закончила фразу, его руки обняли ее, а его губы прижались к ее губам.

Словно молния пронизала все ее тело. Невыразимый, неописуемый восторг охватил ее. Ничего подобного она не испытывала никогда и даже представить себе не могла.

Это было так замечательно, так возвышенно. Именно таким она представляла себе свой первый поцелуй, и все же действительность превзошла самые смелые ее мечты, так прекрасно было это совсем новое для нее чувство.

Его руки обнимали ее все крепче, и если бы в этот миг ей суждено было бы умереть, смерть не испугала бы ее. Ведь ничего чудеснее этого поцелуя уже не могло быть.

Зошина чувствовала, как дрожь пробегает по ее телу. Чудо этого поцелуя было даровано ей Небом. Время остановилось. Сколько длился их поцелуй? Несколько секунд или несколько столетий, она не знала.

Девушка помнила только одно: когда человек, державший ее в своих объятиях, поднял голову, она без раздумий, почти не осознавая, что говорит, выдохнула:

— Я… люблю… вас! — И, услышав свой голос, поняла: это правда.