Лицо Пшеничкиной с каждым произнесённым словом становилось всё мрачнее и мрачнее, а уж когда речь зашла о заранее подготовленном признании, то на девушку вообще было страшно взглянуть. Нет, конечно, я прекрасно понимаю, что в этом задании будут волноваться как сами конкурсантки, задаваясь извечным женским вопросом «Примет чувства или нет?», а так же и несчастный я — опасаясь за своё душевное спокойствие. Слава Афродите, хотя бы Топоркину можно исключить из списка соперниц, иначе бы я даже не представляю, что бы такого-эдакого придумала дочка мирового судьи с её-то нездоровой фантазией.

— Сегодня мы не будем прибегать к жеребьёвке, — меж тем вещал Уинклесс, всё больше вживаясь в роль ведущего, — а пойдём проторенным путём, то бишь по алфавиту! — Бросив на меня коварный взгляд, сваха многозначительно поиграл бровями и выдал. — Первая показывать своё признание будет Анастасия, затем настанет очередь Иванны, и замкнёт тройку конкурсанток Майя!

— Но девушки выстроены не в алфавитном порядке, — недоумённо нахмурился мой кузен, а я же испытал жгучее желание пнуть дражайшего родственничка. — После Давкиной должны быть Пшеничкина, и лишь потом Уськина.

— Отчего же, — как показала практика, да и жуткие рассказы моей многоуважаемой родительницы, Уинклесса было не так-то легко сбить с намеченного пути, — вначале идёт буква «А», затем с небольшим отрывом следует буква «И», и практически финиширует буква «М». Разве не так, Дар? — и взгляд оголодавшего василиска.

— Да, всё так, — правильно расценил живую мимику ведущего молодой человек. — Извините, что перебил… Звание члена жюри обязывает ко всему цепляться!

— Конечно-конечно, — не стал зацикливаться на неприятном инциденте блондин. — Итак, как уже было сказано, первая своё признание покажет Анастасия Давкина! Настенька, можешь приступать, — одарив брюнетку проникновенным взглядом, новоявленный ведущий протянул девушке руку, помогая подняться из-за столика.

Зардевшаяся Давкина могла вызвать волну тёплых чувств у большинства мужчин, не только находящихся в съёмочном павильоне, но и сидящих перед экранами телевизоров, но мой взгляд, словно прожектор, неизменно выделял только одно любимое лицо. Которое сейчас было буквально перекошено от гнева. Ну, вот, чем я опять не угодил? Специально ведь затеял эту треклятую аферу, чтобы принципиальная Пшеничкина не волновалась о наших отношениях, которые уже давно переползли отметку «Чисто деловые», а смогла, наконец, открыть свое сердце и отдаться потоку чувств, что, несомненно, её обуревают. Вот же упрямая девушка — и тут не так, и это не по нраву!

— Настенька, может, сначала расскажешь, что ожидает Бернардо? — заговорщически подмигнул участнице Эрик.

— Ну, там рассказывать-то особо и нечего, — ещё больше покраснела конкурсантка. — Это просто мои чувства, выраженные словами и записанные на материальном носители, а чтобы их лучше было видно, то сделано всё в больших форматах!

Недоумённо нахмурившись, краем уха заслышав столь интересный разговор, неспешно повернулся к Давкиной, которая усиленно строила глазки свахе, но так, чтобы вездесущий оператор этого безобразия не заснял. Покосившись на аналогично ничего не понимающего Эрика, поспешно посмотрел на противную Пшеничкину, которая (кто бы сомневался!..) была в курсе всего. Бросив на меня такой проникновенный взгляд, что я воочию увидел весь список тех ругательств, которыми меня и Уинклесса мысленно крыла Майя, помощница свахи ободряюще улыбнулась абсолютно красной Анастасии, и, знаком подозвав одного из расторопных ассистентов Ивашки, что-то прошептала ему на ухо.