Вскочила и Бренда, тут же принявшись разглаживать помятое платье.
— Ты и есть — моя женщина, — произнес Неарко. — Моя единственная и любимая. Я желаю только тебя, и ни одна другая мне не нужна.
Лателла, пожалуй, не лгал. Он переспал едва ли не со всеми нью-йоркскими «девушками по вызову», но с тех пор, как познакомился с Брендой, других любовниц не заводил.
— Хотела бы я тебе верить… — вздохнула девушка, утирая платочком слезы.
— Верь мне, — прошептал мужчина.
Он снова обнял девушку, осыпая ее лицо легкими поцелуями.
— Ты и есть моя женщина, единственная и любимая, — страстно твердил Неарко.
Бренда почувствовала — пора действовать.
— А если я — твоя единственная, — пролепетала она, — почему ты живешь с Дорис? Почему не оставишь ее? Почему не разведешься и не женишься на мне?
Она заливалась слезами, но плач не мешал ей внимательно наблюдать за выражением лица любовника. Ей показалось, что в глазах его на мгновение блеснули нежность и сочувствие.
«Кажется, я выбрала удачный момент», — пронеслось в голове у Бренды.
Но через секунду девушка поняла: ничего не выйдет. Черты Неарко словно окаменели, а глаза стали холодными и безжалостными. Бренда уже видела любовника таким, и боялась его в эти минуты.
— Почему? Почему? — жалобно простонала она.
— Потому что! — мрачно ответил он. — И больше не произноси имя моей жены.
Девушку захлестнула ярость, и она выкрикнула:
— Боишься? Боишься, я ее запачкаю?
Неарко резко оборвал:
— Нечего тебе упоминать Дорис. Знай свое место; не нравится — можешь выйти на следующей остановке. Запомни еще раз и навсегда: есть ты, а есть моя семья. Это разные вещи, и не смешивай одно с другим. Никогда!
Он говорил и постепенно успокаивался. Последние слова Лателла произнес взвешенно и обдуманно. Голос его звучал негромко, но убедительно и твердо. Чувствовалось, что Неарко вполне искренен и настроен решительно. Сейчас он совсем не напоминал того человека, каким его знали все, в том числе и Фрэнк Лателла.
Бренда все прекрасно поняла, в одно мгновение рухнули воздвигнутые ею воздушные замки. Беспощадная реальность снова расправилась с мечтой, и снова ее ждала жизнь без будущего. Два года лелеяла девушка мечту о браке с Неарко, и в одну секунду развеялись в прах сладкие грезы. И с ним все будет также, как и с остальными: ему нужна покорная и нежная женщина для постели, готовая исполнять желания господина. А за стенами спальни он не защитит ее от оскорблений безжалостного мира. И опять Бренда останется в категории «всех прочих женщин». Мужчина задел гордость и достоинство Бренды. Отбросив страх и унижение, она была готова расстаться со всем, чего с таким трудом добилась.
Бренда замахнулась и влепила Неарко звонкую пощечину.
— Ублюдок! — спокойно и холодно произнесла она.
Мужчина взглянул так, словно собирался убить девушку; кровь его закипела. Рука сама потянулась к пистолету под мышкой справа, но Неарко вовремя одумался. Саркастическая усмешка скривила лицо Лателлы. Он схватил ее за ворот малинового платья и буквально содрал с нее одежду. Бренда стояла перед ним в своей прекрасной наготе и не сводила с Неарко гордого взгляда.
— С любовью покончено, — заявил мужчина. — В этом городе для тебя места нет, даже на панели.
Неарко ушел, хлопнув дверью. Девушка накинула халат и задумалась. Ненависть горела в сердце Бренды. Она отомстит, отомстит страшно мужчине, который позволил ей на время забыться в мечтах.
14
Зазвонил телефон, и Альберт Ла Манна резко развернул инвалидную коляску, отъехав от окна к письменному столу. |