В это время вещая птица снова крикнула. Но Грант уже пришпорил коня. Адриана не успела его задержать, объяснить, что безумие пускаться на поиски ночью, — Грант уже скрылся в темноте.

Адриана выругалась по-итальянски. Ее тоже испугал крик вещей птицы.

Сужата всхлипывала и бормотала нечто невнятное. Адриане не сразу удалось убедить ее, что лучше провести ночь у Эдди, прежде чем Рональд придет в чувство. Наконец Сужата согласилась сесть в коляску, и они повернули к бунгало.

Эдди, не растерявшись, выставил выпивку на стол, выслушал рассказ, взглянул на документ, подписанный Силией, и тихо присвистнул:

— Нужна еще одна подпись? Готов служить. Только не соглашайся, если Рональд заставит тебя что-нибудь подписывать. Так-так, очень интересно, любовь моя! Скрашивает нашу скучную жизнь, — Он отхлебнул из бокала. — Посмотрим, что произойдет, когда все пойдут охотиться на слона-отшельника. Гвоздь сезона — в клубе делают ставки. Ни за что не пропущу этого зрелища. — Эдди снова приложился к бокалу. — Конечно, многое зависит от этого слона. Посмотрим, кто на кого будет охотиться. Впрочем, время покажет. Правда, любовь моя?

Супруги понимающе улыбнулись друг другу, дали Сужате небольшую дозу настойки опия и уложили в постель. Эдди пообещал послать работника к местному шаману, чтобы тот снял злое заклятие, если кто-нибудь наложил его на Сужату.

Глава 31

Чертова вещая птица! О этот крик! Он означал смерть! Силия слышала его только один раз — в ту ночь, когда убежала и умерла ее мать.

Но тогда она никому об этом не рассказала — боялась, как бы люди не подумали, что у нее дурной глаз.

Почему мама не взяла ее с собой? Если бы она любила свою дочку, то никогда не оставила бы ее.

Они бы погибли вместе, и Силии не пришлось бы терпеть такую муку.

Девушка приподнялась в чужой постели. Опять закружилась голова, и незнакомый мужчина подал ей чашку чаю.

Выпив его, Силия забылась сном, но воспоминания продолжали преследовать ее.

…Мать…

Бодилима — это смерть…

Нет, жизнь! Она хотела жить. Хотела!

Жаждала Гранта Гамильтона. Наверное, своими яростными, настойчивыми, требовательными поцелуями и сводящими с ума прикосновениями он похитил ее душу.

Она мечтала о душевном покое. О поцелуях и прикосновениях, разжигающих страсть.

О если бы Грант любил ее и навсегда стер воспоминания о Рональде Уинвуде!

Черт побери, почему же он не идет?

Неужели не чувствует?

Утром Силию разбудили незнакомые звуки и запахи. Из ночных кошмаров и снов выплыла мысль: тетя Гертруда не знает, что Силия собирается отказать Рональду.

Силия приподнялась на локте. Анил готовил еду и, согнувшись над очагом, помешивал что-то в кастрюлях.

Уступив ей кровать, он отправился спать во двор. Заметив, что девушка беспокойно мечется, подал чай и присматривал за ней до утра. И, рискуя жизнью, оберегал от дьявольской вещей птицы.

Силия села в постели, и Анил обернулся на звук:

— Вот чай. Вот еда.

— Мне надо в Пирадению, — твердо проговорила Силия.

Зачем?

Чтобы увидеться с Грантом.

Покончить с Рональдом.

И обо всем рассказать тете Гертруде.

Но почему тете Гертруде?

Силия не знала, но чувствовала, что ответ кроется в ее видениях, связанных с реальностью.

Рональд выкрал Силию, поняв, что ее намерения не совпадают с его целями. Ему нужна плантация, а не Силия. Он решил завладеть поместьем — независимо от того, согласится ли его невеста на брак.

А тетя Гертруда всегда поощряла этот брак, считая, что Рональд — единственный мужчина, который, зная о прошлом Силии, возьмет ее в жены.