– Тут вы немного опоздали, – сказала Сэм. – Моя лучшая подруга в курсе. Ее зовут Монти Маккуин, и она работает вместе со мной. Она была у меня в тот вечер, когда Кара приехала, чтобы сделать это предложение. Также в курсе ее сын Саймон. И мой адвокат Денни Уинстон, вы ее сегодня видели.

– Да, имел удовольствие.

– А как насчет вашей стороны? Там не может быть утечки информации?

– В курсе только Стюарт и Кара. Но нам рано или поздно придется поставить в известность мою мать.

– Ах да, ваша мама. – Саманта как-то раньше не подумала об этой несомненно важной фигуре. – Я о ней что-то читала. Она играет большую роль в обществе, да? И когда вы собираетесь ей сказать?

Джек опять почувствовал, что ему не хватает воздуха, и схватился за галстук. Маргарет Дикинсон-Толливер вряд ли придет в восторг, когда узнает об их плане, это уж точно. Она не скрывала своего глубокого разочарования собственным отпрыском и не раз давала Джеку понять, что его долг перед обществом – выбрать себе достойную жену и продолжить славный и благородный род Дикинсон-Толливеров, прижив с ней нескольких потомков.

В течение последних двух десятилетий Джек успешно свел контакты с матерью к минимуму, но он не обманывал себя и понимал, что она по-прежнему в курсе всех подробностей его жизни. А потому очень скоро до нее дойдет информация о том, что ее единственный сын, отпрыск Гордона Толливера, появляется на людях в обществе разведенной парикмахерши. И тогда ему неизбежно предстоит встреча с матерью, потому что она захочет лично высказать свое мнение по поводу происходящего.

Джек откашлялся и, стараясь, чтобы его голос звучал уверенно, произнес:

– Думаю, мы не будем с этим спешить. И уж точно надо подождать до того момента, пока сделка не станет свершившимся фактом. Моя мать обычно проводит зимы во Флориде, так что сейчас ее нет в городе. Мы можем подождать с новостями.

– Толливер? Привет! Как жизнь?

Тяжелая ладонь с размаху опустилась на плечо Джека как раз в тот момент, когда он очередной раз откусывал свой супербургер. Джек поднял глаза и увидел перед собой красное и блестящее от пота лицо Брендона Милевски, известного в городе лоббиста. На данный момент Милевски пытался протащить в законодательном собрании штата какой-то закон в пользу азартных игр. Когда Джек был заместителем губернатора, ему не раз приходилось сталкиваться с этим человеком как по работе, так и вне ее.

– Я слышал, ты собираешься поучаствовать в крысиных бегах и попробовать занять пост Дитто? Неужто это правда? – с преувеличенной веселостью прогудел Милевски. – А кто твоя очаровательная спутница? Ты меня представишь?

Милевски уже пожимал руку Саманте, и Джеку ничего не оставалось, как соблюсти формальности:

– Это мой друг Саманта Монро, – сказал он.

– Очень рад знакомству. – Брендон просто лучился счастьем. Потом его взгляд переместился обратно на Джека, и он настойчиво спросил: – Ну так что по поводу выборов, Джек? Это правда, что ты участвуешь?

Толливер вздохнул. Милевски стоял над ними, расставив ноги и позвякивая мелочью в карманах. Было ясно, что он никуда не двинется, пока не получит ответ. А когда получит, немедленно разнесет информацию по всему городу.

– До меня тоже дошли слухи о моем предполагаемом участии в выборах, – сказал Джек. – Должен признать, Брендон, что это весьма заманчивая перспектива.