– Что?! – Брови Сэм поползли вверх.

– Я говорю, у мальчика весьма необычное имя. Есть целая теория о том, что личность каждого человека неразрывно связана и даже до некоторой степени определяется его именем. Возможно, это верно и в данном случае, и имя добавляет мальчику индивидуальности.

– Честно сказать, на имени настоял Митчел. – Саманта пожала плечами. – Кто-то из знаменитостей назвал так своего сына, и муж считал, что это чертовски круто.

Со знаменитостями всякое бывает, подумал Джек. Они могут назвать ребенка как фрукт или овощ. Этому малышу еще повезло. Но последнее замечание Джек благоразумно не стал озвучивать и вместо этого спросил:

– А какое его второе имя?

– Бенджамин, – со вздохом ответила Сэм.

– Ну вот! Это прекрасное и достойное имя. Может быть, он станет менее асоциальным, если ты начнешь звать его Бен?

– Ты так думаешь?

– Ну, это просто предположение.

Сэм несколько секунд рассматривала невинную физиономию Джека, потом расхохоталась. Она смеялась так заразительно, что Толливер не удержался, и скоро они оба хохотали, как ненормальные. Привычным для публичного человека боковым зрением он отметил, что кое-кто из зрителей обернулся и посмотрел на них с искренним интересом. Где-то рядом мелькнули вспышки фотокамер.

– А скажи-ка мне, Джек Толливер, какой у тебя опыт воспитания детей? Или хотя бы просто общения с ними?

Джек усмехнулся и решил, что сейчас самое время для первого запланированного поцелуя в щечку.

– Нет у меня совсем никакого опыта, – покаянно произнес он и наклонился, касаясь губами ее гладкой кожи.

Вспышки. Вспышки. Вспышки. Как она чудесно пахнет!

– Кстати, Сэм, я хотел кое-что спросить… Ты тут упоминала про отсутствие практики. И как давно ты последний раз с кем-нибудь встречалась?

Честно сказать, Джек уже знал ответ. Он помнил, что в досье было черным по белому написано: восемнадцать месяцев назад Саманта Монро встречалась с архитектором, которого наняли, чтобы он сделал перепланировку и ремонт в салоне. Свиданий было два. Первый раз они вместе обедали, а второй раз встречались у него дома.

Сэм перестала улыбаться. На ее лице промелькнуло выражение отвращения, и Толливер понял, что архитектор, видимо, оказался не на высоте.

– К чему тебе даты? – с досадой сказала молодая женщина. – Я ведь уже говорила, что давно ни с кем не встречалась, и этого довольно.

Может, Кара посчитает, что он поторопился со вторым поцелуем, но Джек не хотел противиться своему желанию. Он наклонился и опять вдохнул чудесный запах Саманты и поцеловал ее не в щеку, а в уголок рта, с восторгом почувствовав, как дрогнули ее губы.

– Принести тебе поп-корн? – спросил Джек.

В «Ле сёрк» на телефонные звонки отвечала новенькая девушка, которая – Кристи Скоэн не могла поверить своим ушам – даже не знала, кто такая Кристи Скоэн! Подумать только, это из какого же захолустья надо приехать! Ей, востребованной телеведущей и занятой женщине, пришлось убить кучу времени, объясняя, что для такой важной особы и постоянной клиентки должно найтись место в расписании Марсии Фишбакер. Да, она записана на вторник через неделю. Нет, она желает посетить своего мастера сегодня или, в крайнем случае, завтра! Да, она посещает этот чертов салон уже шесть лет, и если ей не дадут время немедленно, она поищет себе другую парикмахерскую, не преминув поставить администрацию «Ле сёрк» в известность о причинах такого шага.

Марсия Фишбакер работала с тремя клиентками одновременно. Она улыбалась и заботливо выслушивала каждую женщину, болтала и шутила, но все же было очевидно, что она устала и выдерживать такой темп ей чертовски нелегко.