— Нет! — закричала она, и в это время ей в горло влили оставшееся зелье. Глаза Шинид грозно вспыхнули — душа требовала отмщения, но через мгновение она обмякла и опустилась на землю, сраженная сном.

— Кто вы? — в бессильном гневе спросил Коннал.

— Посланцы принца Иоанна.

Наджар был рядом.

— Их слишком много, — прошептал он за спиной у Коннала. — Нам их не одолеть, господин.

— Убей столько, сколько сможешь.

Наджар кивнул и отрубил ближайшему к нему врагу руку — чисто, у самого плеча. Враг упал, визжа от невыносимой боли.

— Это не страшно, — сказал Наджар и рванулся к следующему.

Монро, сэр Корри и еще трое присоединились к ним. Коннал и его люди встали в кольцо, готовые отразить нападение. Годы военной службы и крестовые походы выработали в них выдержку и сноровку, позволявшую наносить смертельные удары, не тратя лишних усилий. Мечи мелькали в воздухе, рубили плоть и кости. Каждый из них знал слабые места брони и не подпускал к ним врага.

Враги падали на землю, как мусор, а люди Коннала расширяли круг, защищая прислугу. Коннал постепенно придвигался к Шинид, которая лежала на земле неподвижно, словно мертвая.

И вдруг непрошеные гости поднесли факелы к земле и сухая трава мгновенно занялась пламенем. Коннал набросился на главаря. Мечи мелькали, уши закладывало от звона. Слуги бросились тушить пожар. Воины дрались и умирали. Краем глаза Коннал заметил, как всадник подхватил Шинид и увез куда-то. Им овладела паника.

— Я сочту за честь убить вас, — проговорил его противник, атакуя.

Коннал блокировал удар и пошел в контратаку. Меч его прорезал плащ врага.

— В самом деле?

— Вы стали легендой, Пендрагон. Почти такой же легендой, как ваша дама.

— Она моя жена.

— Восхитительно! Тогда вы просто обязаны умереть. Я возьму себе в жены вашу жену и ваши земли.

Гнев закипел в крови Коннала и прояснил сознание.

— Вы никогда не получите Шинид, никогда!

— Вы в самом деле так думаете?

Клинки скрестились, эфесы переплелись, и враги сошлись лицом к лицу.

— Тебе никогда не получить и пяди ирландской земли, а что до моей жены, советую тебе быть с ней поосторожнее. У нее скверный характер.

Человек побледнел. Пендрагон оттолкнул незнакомца, и вдруг гнев приподнял его, словно на крыльях, и понес на врага. Удар следовал за ударом. Он знал, за что сражается.

Это на его дом напали, это его друга убили, а его жену увезли. И за это враг должен умереть.

Враг оступился, плащ распахнулся, и Коннал играючи отрезал лоскут. Он пока еще забавлялся.

Коннал сделал еще один точный выпад, и ремень врага, разрезанный посредине, бессильно повис, болтаясь между ног. На животе появилась красная царапина. Коннал слышал, как тяжело дышит его противник, и отступил, давая врагу передышку.

— Давно не практиковался, верно? — спросил он, желая поскорее с ним покончить. — Про себя, сэр, я такого сказать не могу.

Коннал начал наступать, безжалостный и карающий, и противник в страхе заозирался, глядя, как мертвыми падают его люди. Один, еще живой, подбежал к нему и что-то шепнул.

— Увози ее, — приказал главный.

— Но, Юстас… — попытался возразить Ангус.

— Увози немедленно!

— Ты умрешь за это, О'Брайан, как и твой брат! — поклялся Коннал. В глазах его горела жажда мести. Он хотел найти Шинид, но на пути его встал Юстас, и меч Коннала пробил броню и плоть, оставив кровавый глянец на клинке. — Я убью тебя.

Юстас отшатнулся, но вдруг воткнул меч в землю и произнес:

— Нет, ты меня не убьешь.

Коннал резко обернулся и увидел Брейнора с мечом в руке.