— Все же, — заметила Кэссиди, — вам лучше плыть вместе с нами, чтобы мой муж мог познакомиться с вами получше. Поверьте, он ведет себя как любящий отец. Полагаю, что вы могли бы смириться с его требовательностью, тем более что в конечном итоге все вышло так, как того хотели вы, а не он.

— Благодарю вас, ваша светлость, но я вынужден отказаться от приглашения. Думаю, что и для Арриан неплохо будет провести еще несколько дней в кругу своей семьи.

— Возможно, вы правы, — согласилась Кэссиди.

— Если вы не возражаете, я хотел бы поговорить с Арриан наедине.

— Выйдем на палубу, — предложила Арриан. Пожелав родным Арриан счастливого плавания, он вслед за нею поднялся на палубу.

Некоторое время они молча наблюдали за солнцем, медленно погружающимся в море. Оба, видимо, были не в состоянии облечь свои чувства в слова. Наконец Уоррик заговорил:

— Я не смел надеяться, что вы примете мое предложение.

Ее золотые волосы в закатных лучах нимбом светились вокруг головы.

— У меня нет выбора, Уоррик. Сейчас мы должны отмести собственные чувства и думать только о ребенке.

— Ах да, конечно.

Арриан крепко сжала поручни.

— Мои родные встретили вас нелюбезно, — не поднимая на него глаз, сказала она.

— Этого следовало ожидать. Я заслужил их презрение и недоверие. — Он взглянул на нее. — Знаете, Арриан, мне не довелось насладиться той любовью и нежностью, какими одаривают вас ваши родные. За всю жизнь я научился лишь страдать да ненавидеть и не уверен, что смогу когда-либо измениться.

О, как ей хотелось сейчас, чтобы он обнял ее и сказал, что любит, и попросил научить его той нежности и любви!

— Я постараюсь быть вам хорошей женой, — сказала она.

— Я обошелся с вами так гадко, что стыжусь теперь самого себя. Невозможно передать, что я почувствовал сегодня утром, когда вы явились мне на помощь. Вам следовало бы ненавидеть меня и желать мне страданий. До вас я не встречал в людях подобной доброты.

Арриан не без усилия улыбнулась.

— Я всегда стараюсь помочь людям в безнадежных случаях.

Он тоже улыбнулся.

— Я кажусь вам безнадежным случаем?

— Не знаю, — ответила она вполне искренне. — Надеюсь, что нет.

— Теперь, познакомившись с вашими родителями, я понимаю, почему вы к ним так привязаны.

— А вы знаете, что я их приемная дочь? Он воззрился на нее в немом изумлении.

— Нет, вы никогда мне этого не говорили.

— Моя родная мать умерла родами. Кэссиди была ее единственной сестрой, так что мы все равно связаны с нею кровными узами. Настоящий же мой отец был сводным братом Рейли.

— Я не подозревал ничего подобного.

— Мне еще не исполнилось двух лет, когда мой отец неожиданно погиб. Это была героическая смерть, но я не хочу о ней рассказывать и вообще не хочу об этом думать. Я всегда воспринимала Рейли и Кэссиди как своих истинных родителей и ни разу не усомнилась в том, что меня любят.

— Я буду заботиться о вас, Арриан.

Она готова была обхватить ладонями его лицо и покрывать поцелуями до тех пор, пока эта глубокая печаль не сотрется с его черт.

— Пусть наш ребенок научит вас любви, Уоррик. Голос его зазвучал сдавленно и взволнованно:

— Я ничтожество, Арриан. Судьба смилостивилась надо мною во второй раз, но я чувствую, что не достоин этого, поскольку овладел вами обманом.