Арриан вскочила на колени, прижимая одеяло к груди.

— Но я не хочу выходить за вас — как вы этого не понимаете? Я люблю Йена и хочу быть только его женой. Я знаю, вы ставите себе целью причинить ему страдания, но я не желаю быть вашей сообщницей! Он так любит меня, что теперь, верно, с ума сходит от беспокойства.

Уоррик обернулся и взглянул на нее.

— Надеюсь, что так.

Завернувшись в одеяло, она спрыгнула на холодный каменный пол и босиком подбежала к нему.

— Отпустите меня! Пожалуйста.

Уоррик сгреб ее в охапку, отнес обратно на кровать и подоткнул одеяло со всех сторон.

— Нет, миледи, я вас не отпущу. Знайте, что я твердо намерен жениться на вас и не переменю своего решения.

Она поймала его руку.

— Но ведь это будет не настоящий брак… Наверняка у вас есть другая женщина, которую вы мечтали видеть своей женой.

— Была когда-то.

— Ну вот! Думаете, она обрадуется вашему выбору?

— Эта женщина уже замужем… за Джейми Макайворсом.

Арриан озадаченно умолкла. В Давиншеме она почти не обращала внимания на своего младшего кузена: рядом с Йеном Джейми казался ей слишком незначительной фигурой, и теперь она смогла припомнить лишь исходящее от него впечатление уныния и недовольства.

— Не понимаю, как женщина могла предпочесть вам моего кузена. Джейми вовсе не так красив, как… — Она смущенно осеклась. — Как же ему удалось отбить у вас невесту?

— Вы действительно хотите услышать ответ, миледи? Он может вам не понравиться.

— Все равно, я хочу знать.

— А вдруг вы мне не поверите?

— Поверю, если вы скажете правду.

Уоррик надолго задумался и наконец проговорил:

— Леди Элен похитили по дороге в Гленкарин, когда она ехала на нашу с ней свадьбу.

— Какой ужас! Кто это был? Разбойники?

— Свидетели похищения утверждали потом, что в числе разбойников они видели Джейми Макайворса. Арриан непонимающе качала головой:

— Но почему? И что могло толкнуть его на такое злодеяние?

— Это еще не все, миледи. Джейми не только похитил леди Элен, но настоял на том, чтобы она вышла за него замуж, — что она и сделала. Кстати, я не уверен, что она сопротивлялась так же решительно, как вы.

— Так вот почему вы…

— Теперь она носит во чреве его ребенка — или, возможно, уже родила его.

Да, кажется, Арриан начинала постепенно понимать, почему лорд Уоррик так ненавидит ее родственников.

— Но разве справедливо наказывать Йена за преступления его брата?

Он резко обернулся:

— Ах, да, я, кажется, забыл упомянуть, что ваш Йен тоже был в числе похитителей.

— Нет! Йен не способен на такую низость. Вы лжете!

Уоррик подошел к кровати Арриан и некоторое время стоял молча, глядя на нее сверху вниз, потом медленно произнес:

— Я так и думал, что мой рассказ придется вам не по вкусу.

Арриан невольно сжалась под одеялом. Какая бесстыдная ложь! Этот человек готов измыслить что угодно, лишь бы отвратить ее сердце от любимого.

— Йен не мог совершить такого насилия над неповинной девушкой.

— Вы полагаете? Что ж, миледи, я предупреждал, что вы вряд ли мне поверите.

Арриан посмотрела ему в глаза и увидела там лишь холодную, беспощадную суровость. Ах, за что судьба бросила ее в эти страшные путы ненависти?

— Когда вы отпустите меня, милорд?

— Возможно, после того, как в вашем чреве появится мое семя.