Он нежно привлек ее к себе. Ей уже казалось, что он собирается ее поцеловать, но он лишь воткнул вересковую веточку в ее волосы.

— Что ж, Арриан, постараюсь почаще напоминать о себе. Придется иногда наведываться в Англию, чтобы ты меня не забыла.

Глаза Йена говорили о любви, и Арриан вдруг почувствовала, что сердце ее отныне принадлежит этому человеку.

Ветер задул сильнее, обжигая щеки Арриан и подстегивая воспоминания. Йен сдержал слово: после того разговора в вечернем саду он стал приезжать в Англию. В день ее семнадцатилетия он признался ей в любви, а она без колебаний согласилась пойти за него замуж.

Интересно, думала Арриан, глядя на набегающие с востока тучи, скоро ли начнется шторм? Наконец ей стало холодно, она плотнее завернулась в плащ и спустилась по трапу вниз. Легонько постучав в одну из дверей, она вошла в полутемную каюту.

На постели, среди множества шелковых подушек и подушечек, возлежала ее двоюродная бабка, которую Арриан с детства привыкла называть тетушкой Мэри. От качки голова ее клонилась то вправо, то влево, и, хотя плавание только началось, почтенная леди выглядела очень неважно.

Арриан села на скамеечку у изголовья и, ласково взяв тетушку Мэри за руку, сплела свои пальцы с безвольными тетушкиными.

— Тетушка, миленькая, скажите, чем облегчить вашу участь?

— Терпеть не могу морских прогулок, особенно в шторм, — со стоном отозвалась леди Мэри Ринд-холд. — Боже правый, знай я, что в марте море еще такое бурное, ноги бы моей не было на этой яхте.

Сказать по правде, на «прогулке» настояла сама леди Мэри, желавшая непременно попасть в Шотландию раньше родителей и брата Арриан, но, по разумению Арриан, вряд ли стоило ей сейчас об этом напоминать.

— Может, мне лучше уйти, чтобы вы отдохнули?

— Нет. Поговори со мной — может, я хоть немного отвлекусь от этой ужасной качки.

Арриан опять вспомнила Йена, и глаза ее подернулись мечтательной дымкой.

— Я вот думаю, тетушка Мэри: способны ли мужчины любить так же искренне и глубоко, как женщины? Мне кажется, да.

Леди Мэри сначала проворчала что-то себе под нос, потом сказала вслух:

— Мужчины, сколько я их знаю, способны на очень сильные и глубокие чувства, но только у них это большая редкость.

— А мой папа? А дядя Джордж? Ах, как бы мне хотелось, чтобы Йен когда-нибудь смотрел на меня такими глазами, какими папа смотрит на маму!

— Что верно, то верно, Кэссиди повезло с твоим отцом, как в свое время мне с Джорджем, — взгляд ее смягчился. — Такие люди, как твой отец или дядя Джордж, вообще нечасто встречаются. Впрочем, — тут же со свойственной ей прямотой добавила она, — я не уверена, что твой Йен окажется таким же прекрасным супругом.

— Ах, тетушка, вы несправедливы к Йену! Он необыкновенный.

— Еще бы ты считала его обыкновенным!

— Знаете, мне ведь было всего тринадцать, когда я решила выйти за него замуж. Но до прошлого лета, когда он приехал к нам в Равенуорт, я думала, что мои мечты так и останутся мечтами… До сих пор не могу поверить, что он в меня влюблен!

— Арриан, ведь не слепец же он! Как можно не влюбиться в такую красавицу?

Арриан недоверчиво заглянула тетушке в глаза.

— Неужели я так хороша?

— Ну, в этом ты и без моих слов могла убедиться хоть тем же прошлым летом. Ведь не один Йен на тебя заглядывался: помнится, ухажеров вокруг тебя крутилось — не счесть.

Прищурившись, леди Мэри попыталась взглянуть на свою внучатую племянницу глазами Йена Макайворса. Да, ее Арриан, от шелковистого золота волос до изящных ступней, была само совершенство.