— Ты разбиваешь мне сердце, сынок, ты просто разбиваешь мне сердце.

Он обращается к Иво, но тот делает вид, будто не слышит, лишь оскорбительно цыкает.

— Иво, ну сколько можно… мы сейчас будем ужинать, — говорит бабушка.

Это уже пятый раз. Видите, я могу вести счет, оценивать степень раздражения окружающих и готовить еду одновременно.

— Открой окно, — огрызается Иво.

— Мог бы хотя бы о сыне подумать!

Ну все, это гарантированно выведет Иво из себя. О ком о ком, а о Кристо дядя Иво думает всегда.

— Господи Иисусе, Кат…

А вот это гарантированно выведет из себя бабушку.

— Нет, честное слово… Мы же не куда-нибудь едем, а в Лурд! Иногда ты меня просто удивляешь, — произносит она совсем тихо, хотя все мы сидим вокруг стола, так что едва ли кто-нибудь может ее не слышать.

Иво сверкает глазами. Дед Тене выбивает трубку и говорит:

— Хватит уже. Джей-Джей сейчас будет всех кормить. Пахнет аппетитно, сынок.

— Несу-несу. Бекон-бекон-бекон-бекон. Лярд он, лярд он, лярд он, лярд он. Налетай, не зевай, котелки подставляй!

Я могу нести подобную чепуху часами. Просто отключаю мозги и мелю языком все подряд. Очень действенный способ настолько вывести всех из себя, чтобы они забыли, что только что цапались друг с другом.

Ба, единственная, кто оценил мои усилия, ободряюще мне улыбается.

— Спасибо, милый. До чего же вкусно пахнет! Совсем не так, как дома.

Иво наконец-то тушит сигарету.

Я плюхаю каждому порцию «Джо Грея», и все принимаются за еду, как оголодавшие динго. Иво, впрочем, съев лишь несколько ложек, отодвигает тарелку и встает из-за стола. Хотя на улице дождь, он выходит из трейлера, оставляя после себя какой-то вакуум, который всасывает твое хорошее настроение. Вот ей-ей, иной раз я просто не понимаю, ну что же это такое! Я знаю, у всех время от времени бывают приступы плохого настроения, но с Иво все совершенно по-другому.

Чем дальше мы продвигаемся к югу, тем Франция вокруг становится теплее, холмистее и зеленее. Я размышляю о везении. Интересно, что одни по жизни везунчики, а другие — нет. Наверное, это правда. Даже если отвлечься от очевидного факта, что одни от рождения богаты, а другие бедны, — знаю, знаю, на тему того, приносят деньги счастье или нет, можно спорить долго, — некоторым людям выпадает больше страданий, чем это кажется справедливым. Взять для примера хоть деда Тене. У него было двое братьев, и оба умерли от семейного заболевания. Он единственный из мальчиков в семье дожил до взрослого возраста — как Лон Чейни-младший в сериале «Соколиный Глаз и последний из могикан», который мы с ним раньше любили смотреть вместе. Потом он женился, и у него родились два сына. Они умерли совсем маленькими — мама говорит, это из-за того, что бабушка Марта приходилась ему двоюродной сестрой, так что, вероятно, болезнь была у обоих. Потом у Тене родилась дочь и еще один сын — тетя Кристина и дядя Иво. Сначала все думали, что с Иво все в порядке, но и у него тоже началась эта болезнь. А затем умерла от рака бабушка Марта. Иво тогда было всего четырнадцать, как мне сейчас, так что это было ужасно. Потом, два года спустя, они поехали в Лурд, случилось чудо — Иво выздоровел. Но в то же самое время тетя Кристина — ей было всего семнадцать — погибла в автомобильной аварии.