По залу пронесся шумок — свидетельство того, что сообщение оценено по достоинству. Каждый из сидевших за столом сразу уловил суть замысла Артура Дорсетта.

— Чертовски просто, — пробормотал японский электронный магнат. — Он обесценивает бриллианты, чтобы взвинтить цены на рубины и изумруды.

Российский предприниматель, сколотивший состояние на том, что за гроши приобрел закрытые алюминиевые и медные рудники в Сибири и открыл их, используя западную технику, позволил себе усомниться.

— Для меня все это звучит так, будто… Как это у вас, на Западе, говорят?.. Дорсетт дерет с Петра, чтобы заплатить Павлу. Он что, в самом деле надеется получить такую прибыль от продажи самоцветов, что она с лихвой компенсирует убытки от обесценивания бриллиантов?

Председатель кивнул японцу, и тот ответил:

— По просьбе нашего председателя я дал задание своим финансовым аналитикам прогнать цифры через наши системы данных. Как бы то ни было удивительно, Артур Дорсетт вправе рассчитывать на прибыль от двадцати до двадцати четырех миллиардов американских долларов. Все зависит от состояния экономики.

— Боже праведный! — воскликнул британский медиамагнат. — Я даже представить себе не могу, что делать с прибылью в двадцать четыре миллиарда долларов!

Немец рассмеялся:

— Я бы пустил ее на покупку вашей недвижимости.

— Вы могли бы отправить меня паковать вещички на мою ферму в Девоншире за малую толику этой суммы, — парировал британец.

Слово взял представитель Соединенных Штатов. Бывший государственный секретарь и признанный глава одного из богатейших семейств Америки, он был отцом-основателем «Учреждения».

— Мы имеем представление о том, где находится товар Дорсетта в настоящее время?

— Поскольку он назначил крах рынка через несколько дней, — отозвался южноафриканец, — я думаю, необработанные камни находятся на пути к его магазинам.

Председатель перевел взгляд с итальянского барона морских перевозок на азиатского авиационного магната:

— Кто-либо из вас, господа, располагает сведениями о судоходных операциях Дорсетта?

— Я глубоко сомневаюсь, что он перевозит бриллианты по морю, — сказал итальянец. — Но даже если это и так, из порта на склад товар доставляется по суше.

— На месте Дорсетта я переправлял бы камни по воздуху, — согласился азиат, — чтобы набить алмазами каждый крупный город.

— Мы могли бы перехватить его самолеты, — предложил бельгийский промышленник. — Однако для этого нужно знать летное расписание. Невозможно прекратить все грузоперевозки.

Азиат отрицательно покачал головой:

— По-моему, перехват самолетов проблему не решит. Дорсетт наверняка зафрахтовал целый воздушный флот в Австралии. Боюсь, что мы запираем ворота уже после того, как корова убежала.

Председатель обратился к южноафриканцу, представлявшему алмазный картель:

— Складывается впечатление, что великой иллюзии приходит конец. Действительно, не веки же вечные обманываться насчет истинной ценности бриллиантов.

Южноафриканец, от которого можно было бы ждать проявления разочарования, напротив, улыбнулся:

— Нас списывали со счетов и раньше. Наш совет директоров считает это небольшой осечкой, не более того. Алмазы действительно на веки вечные, господа. Попомните мои слова: цена на качественные камни снова поднимется, когда блеск сапфиров, изумрудов и рубинов потускнеет. Картель выполнит свои обязательства перед «Учреждением» за счет других наших минеральных ресурсов.