— Да.

— Что еще на ней было?

— Больше ничего. Флешка внизу, в лаборатории. Компьютерные мудрецы колдуют над ней в надежде обнаружить электронные отпечатки или что-то в этом роде. Еще одна группа работает над покадровым анализом записи. Они пробуют применить различные источники освещения. Может, что-то и выскочит.

Звякнув кубиками льда, он опрокинул в себя остатки виски и потянулся к бутылке. Дарби перевела взгляд на раскрытый в крике боли и ужаса рот Сэйры Кейси, на ее поднятые над головой кулаки.

— Сколько у нее есть времени? — спросил Кейси, наливая в стакан очередную порцию виски.

— Тебе проще, чем мне, ответить на этот вопрос. Ты знаешь этих людей…

— Я имел в виду ее палец. Сколько должно пройти времени, прежде чем пришить его станет невозможно?

— Я не хирург.

— Но ты достаточно хорошо осведомлена. Ведь это ты отправила мизинец в Масс-Дженерал.

— Хорошо. Часов шесть-восемь.

— А если произойдет чудо и мою дочь найдут прямо сейчас?

Дарби решила, что нет смысла скрывать от него правду.

— Мне кажется, что время уже упущено.

— Почему?

— Рану прижгли. Чтобы пришить палец, все нервные окончания должны быть целыми.

Кейси кивнул. Его лицо оставалось бесстрастным.

— Доктор Иццо сказал мне то же самое, — немного помолчав, произнес он. — Он позвонил мне час назад и сказал, что возможности пришить палец уже нет.

Дарби приказала себе хранить спокойствие. Ей это удалось.

— Если ты это уже знал, зачем было задавать мне эти вопросы?

— Чтобы узнать, станешь ли ты морочить мне голову, — ответил он.

— Так это было что-то вроде теста?

Кейси не ответил. Позвякивая кубиками льда, он покачивал в стакане напиток и озирался вокруг.

— Этот самолет некогда был бортом номер один. Его переоборудовали, приспособив для ведения борьбы с терроризмом. Установленное на нем оборудование является настоящим произведением искусства. Мне пришлось выдержать настоящее сражение с ФБР, которое не хотело предоставить нам эту штуковину. Как тебе кажется, действия людей, за которыми мы охотимся, попадают в категорию внутреннего терроризма?

Дарби кивнула, понимая, что он куда-то клонит. Скрестив вытянутые ноги, она ожидала продолжения.

— Я смотрю на все эти чудеса технологии и понимаю одно, — снова заговорил Джек, — что они не способны понять и расшифровать мотивы человеческих поступков. И я говорю не только о серийных убийцах или группе, захватившей мою жену и дочь. Я имею в виду всех без исключения. Взять хотя бы домохозяйку, которая просыпается однажды утром и решает, что должна уйти от мужа, с которым прожила тридцать лет, оставив не только его, но и детей. Никогда не знаешь, что на самом деле происходит у человека в голове. Начав работать на Фабрике монстров, как раньше называли отделение поведенческих наук, понимаешь это очень быстро.

Кейси сделал глоток виски и вытер губы тыльной стороной ладони. Дарби пристально смотрела на его освещенное зеленоватым светом монитора лицо.

— Прежде чем прийти туда, я был полицейским в Мичигане. И вот какой-то парень звонит в 9-1-1 и говорит, что убил всю свою семью. Мы с напарником принимаем этот звонок и едем по указанному адресу. Мы видим, что дверь приоткрыта, и входим в прихожую. Все стены и пол измазаны кровью. Держа пистолеты наготове, мы идем по коридору и находим хозяина дома в столовой. Он обедает и читает газету. Увидев нас, он благодарит за то, что мы приехали, и сообщает, что его семья находится в подвале. Он убивал их по очереди, начав ранним утром с жены. Забрав младшего ребенка из детского сада, он привозит его домой и убивает выстрелом в затылок.