— Доброе утро, доктор МакКормик, — заговорил Куп. — Я надеюсь, что эти раны не являются результатом вашего пребывания здесь.

— Нет, они имеют иное происхождение.

Куп обернулся к Лу, замершему в проеме двери.

— Спасибо, детектив, вы можете нас оставить.

Дверь с мягким щелчком затворилась. Куп с обеспокоенным видом обернулся к Дарби.

— Учитывая то, как ты уверенно держишься на ногах, рискну предположить, что ты в порядке. Во всяком случае, физически. — Он понизил голос и быстро сказал: — Расскажешь мне обо всем позже. Садись. У нас мало времени.

— Как ты меня нашел?

— Лиланд.

— Он тебе позвонил?

Куп покачал головой и снова сел на стул.

— После того как ты позвонила и оставила мне сообщение, на телефоне высветился номер лаборатории, — заговорил он, снимая толстую резинку с потертого конверта. — Решив, что ты вернулась на работу, я явился прямо туда и столкнулся с Лиландом. К счастью, он сегодня пришел очень рано. К несчастью, он рассказал мне о том, что произошло вчера в Наханте. Поговорим об этом потом, после того как ты встретишься со своим адвокатом.

— Он здесь?

Куп кивнул.

— В настоящий момент он общается с Лу и сержантом. Я столкнулся с ним в вестибюле, сообщил, кто я такой и что здесь делаю. Он сказал Лу, что я его ассистент. У нас есть десять минут. Может, ты наконец сядешь? Скорее всего, за дверью кто-нибудь подслушивает.

Она выдвинула из-под стола стул, а Куп принялся листать неопрятную пачку бумаг. Три месяца назад эти самые руки обнимали ее, а дождь барабанил по дорожке за дверью его дома. Он жадно прижимался губами к ее губам, как будто пытаясь что-то похитить у нее, прежде чем покинуть. Ее сердце бешено колотилось где-то в горле. Он отстранился и улыбнулся, и она улыбнулась в ответ. Он сказал, что ему пора. Позже, по телефону, он сказал ей, что никогда не вернется назад.

Но вот он сидит перед ней. Она видит его впервые после трехмесячной разлуки. Переполняющая ее радость постепенно стихает, сменяясь пронзительной грустью, потому что Дарби знает, что он облетел полмира и разыскал ее здесь не для того, чтобы сказать «Привет!».

— Взгляни на это.

Громко хлопнув по столу ладонью, Куп кладет перед ней помятый лист. Резкий звук возвращает ее в жаркую комнату без окон. Со всех сторон ее окружают грязные белые стены. После ночного трансатлантического перелета глаза Купа покраснели и припухли.

Дарби взглянула на припечатанную к столу страницу и увидела сделанную на лазерном принтере фотографию самодовольного ублюдка, которого она видела в биомедицинской лаборатории и который заставил ее подписать эти чертовы документы. Только на фото он был одет не в армейский камуфляж, а в обычный костюм с галстуком.

— Ты его знаешь? — хотел знать Куп.

Дарби кивнула и уже хотела выложить Купу все, что знала об этом типе, как вдруг поняла, что у них нет на это времени.

— Подробности потом, — прошептала она. — Кто он?

— Спецагент Сергей Мартынов. Психолог-криминалист Центра расследований похищений детей и серийных убийств, — произнес Куп, листая бумаги. — Они там занимаются исключительно преступлениями, связанными с детьми: исчезновениями, похищениями, убийствами, в том числе серийными. Федеральное подразделение. Работает в составе Национального центра анализа насильственных преступлений.

Дарби слышала об этой организации. Она была основана при Академии ФБР и подчинялась ее отделению поведенческих наук.

А Куп уже предъявил ей лазерное изображение мужчины в джинсах и черной футболке. Он стоял на залитой ярким солнцем дороге на фоне бескрайних полей.