|
- Совсем наоборот, вы были очень ласковы с ней. - Недостаточно. Теперь я терзаюсь этим. - Не надо терзаться. Вашей жене нужна была работа, и если все взвесить, то, по-моему, она была сильнее, чем вы. - Что нам делать с ее одеждой? Он понял наконец, что не сможет бесконечно хранить ее в шкафу. Каждое утро он испытывал шок, когда видел платья Аннет, висящие на вешалках, словно безжизненное тела. Побросать их все в чемодан и отнести на чердак было бы не лучшим решением: это напоминало бы вторые похороны. - Кому бы все это отдать? - Я часто встречаю в магазинах невысокую и очень мужественную женщину: она вдова с двумя детьми на руках. Я не знаю, где она живет, но могу спросить у мясника. - Да, пожалуйста. Отдайте ей все, что принадлежало Аннет. Быть может, он не принял бы такого решения, если бы вчера не выпил. Головная боль стала легче. В животе было скверно. У него было только одно возражение: - А если я встречу ее на улице в платье моей жены? - Вы этого и не заметите. Мадам ничего не шила себе на заказ, а все покупала в магазинах готового платья. - Верно, - согласился он. Он получал облегчение от этого разговора с Натали. Слишком долго он носил все это в себе. - Вы знаете... в ней была вся моя жизнь... - Я всегда это знала. - А она меня так не любила. Она была мне женой. И любила меня так, как жене должно любить мужа... Не более того... Я прав? - Вряд ли я смогу сказать что-нибудь вам в ответ; разве можно знать, что происходит в человеческих сердцах и умах... Не надо только забывать, что она была целиком поглощена своей работой. - Дети не говорят о ней? - Изредка. Разве чтобы сказать, к примеру, когда я готовлю спагетти: "Мать их страшно любила..." - Вы знаете, что Жан-Жак скоро покинет нас? - Да, он мне объявил об этом много недель тому назад. - А матери он тоже говорил об этом? - Не думаю. Он не был с ней особенно близок. Скорее, мне он делал подобные признания. - Через несколько лет настанет черед Марлен упорхнуть из гнезда, и мы останемся вдвоем. - К тому времени я, наверное, уже буду ходить с палкой, если не на костылях. - Я найму молоденькую прислугу вам в помощь... - Неужели вы думаете, что я соглашусь на помощницу, которая станет путаться у меня под ногами? Либо вы будете терпеть меня такую, какая я есть, либо я уйду в богадельню. Не с похмелья ли он так расчувствовался? Ни с того ни с сего он вдруг расплакался, не в силах сдержать слезы. Она молча глядела на него. От слез ему станет лучше. Он давно не плакал и, прикрыв лицо ладонью, произнес: "Носовой платок". Она принесла платок, а потом и намоченное под струей холодной воды полотенце. - Положите это себе на лоб... Он всегда считал себя крепким мужчиной, и вот на тебе: уже столько недель не может взять себя в руки. - Наверное, я разыгрывал из себя важную персону... - Я наполню ванну. |
