— …И лишь после этого аккуратно, по стенке сосуда вливаешь ранее составленный катализатор всего процесса. Если поторопишься, лишишься если не головы, то пальцев однозначно…

   — …И почему ты подпрыгнул на левой ноге на один раз меньше?! Повторить!..

   — …Когда раствор окрасится ровным зеленым цветом, его необходимо продержать ровно два часа строго при температуре девяносто градусов. И лишь после двухчасового охлаждения…

   — …Опять ты попасть Паутиной не можешь?! Да тебя бы уж раз сто убили из-за твоей неуклюжести!..

   — …можно применять раствор для работы. Но следует помнить, срок действия этого средства ограничен пятью сутками. Кстати, сколько граммов измолотого корня дерзанки желтой надо всыпать в катализатор?

   — Семьдесят! — без запинки отвечал Кремон, вскакивая одновременно с этим на ноги и кидая Паутину на стоящий в отдалении манекен.

   — А сколько медного купороса требуется для приготовления предварительного раствора?

   — Двести граммов! — Весь мокрый от пота, ученик уж прыгал на левой ноге.

   — Выше, выше подпрыгивай! Ты ведь не в классики с девочками играешь! Через неделю придется делать такое же упражнение над мелькающими саблями — и тогда точно без ног останешься. Теперь запоминай, как приготовить и закачать в специальную емкость Слепящий Газ…

   Обычно в таких случаях Коперрульф старался не мешать, а то и вообще не попадаться на глаза. Так как и у него за последние дни забот прибавилось сверх всякого ожидания. Мало того что за народившимися шестью жеребятами требовался чуть ли не ручной уход, так еще и хозяин замка завалил его непредвиденными заданиями. Вот и сейчас Хлеби вроде бы равнодушно скользнул взглядом по долговязой фигуре своего подчиненного и сменил задание для Кремона:

   — Теперь приседаешь четыре раза, затем кувырок назад, пять прыжков на правой ноге и восемь на левой. А Паутину успевай метать после кувырка! — И повернул голову в сторону Коперрульфа, который уже вздыхал с облегчением, почти достигнув конюшни: — Господин дворецкий! Вы мне нужны!

   Дождавшись, когда отставной капитан вернется к нему быстрым шагом, Эль-Митолан достал из кармана легкой куртки сложенный листок бумаги и вручил со словами:

   — Срочно передайте этот мой заказ кузнецу. Он должен сделать его к середине следующей недели.

   — Вряд ли он справится, — пробормотал главный и единственный охранник замка, разворачивая бумагу и разглядывая чертеж. — Ведь вы его прямо завалили работой.

   — Пусть возьмет себе временно еще двоих помощников. Оплату я им гарантирую. — Хлеби заметил, что лицо дворецкого оживилось: — Что? Узнал агрегат для сложных тренировок?

   — Конечно, узнал! Это ведь “Истукон”. В Высшей королевской школе тоже подобный механический тренажер есть. Я сам когда-то на нем свою ловкость отрабатывал. Но тут у вас еще кое-что добавлено…

   — А как же! Все со временем совершенствуется и усложняется.

   — Но ведь “Истукон” может запросто человека покалечить. — Коперрульф оглянулся на кувыркающегося Кремона и добавил: — Особенно молодого и неопытного.

   — Зато дает бесценный опыт и уникальную сноровку. У нас в Чальшаге в свое время тоже стоял простенький прообраз такого тренажера. Ты бы знал, как он нам пригодился! Как говорится в старой поговорке пограничников: “Тяжело с “Истуконом” — зато справишься с драконом!”

   — Не вижу смысла спорить с жизненной правдой.