— Что… Что случится с Соколовыми?

— Они исчезнут из нашей жизни — этого тебе должно быть достаточно.

— Я понял. Либо они — либо мы.

— Кажется, не понял, — Сергей Годунов отставил стакан в сторону, — «Либо» меня не устраивает. И если вдруг ты решишь совершить какую-нибудь глупость, знай — она будет последней в твоей жизни.

Глава 7

— Лицом к стене.

Я послушно упёрся лбом в шершавую перегородку. Всё происходящее начинало меня раздражать.

Один из конвоиров щёлкнул замком наручников и снял их. Затем отпер дверь камеры и скомандовал:

— Заходи.

До настоящего времени я никогда не бывал в изоляторе временного содержания. Слышал, конечно, о таких местах, но видеть их изнутри ни разу не доводилось. Что ж, вот и пришло время, #&@%.

Несмотря на стоявшую на улице жару, здесь было сыро и прохладно. Ни о каких удобствах, разумеется, и речи не шло — небольшой бетонный мешок пять на пять метров, вдоль стен — две пары двухъярусных кроватей. Нар, точнее. В углу, отделённый пластиковой шторкой, «благоухал» грязный унитаз. Обстановка, скажем прямо — не богатая.

Пока я разглядывал «убранство» изолятора, трое его постояльцев также внимательно изучали меня. Понятное дело — их весьма удивил новичок в дорогущем костюме, совершенно не вписывающийся в местный интерьер.

Один из трёх явно был жителем горных районов побережья. Коренастый, носатый, черноволосый и заросший густой щетиной. Двое других — бродяги из трущоб, невесть каким чудом оказавшиеся в этой части города. Грязные, патлатые и вонючие, в изорванной одежде.

Все они сидели на корточках возле одной из стен.

— Чё замер? — хриплым голосом протянул один из бродяг и приветливо махнул рукой, — Присаживайся, в ногах правды нет. Докладывай, откуда такой красивый к нам приехал?

Занятно. Мужик явно понял, что я в такой ситуации оказался впервые и решил прибрать новенького к рукам. Разжиться новой одеждой, вероятно? Или потешить своё самолюбие? Неужели он и правда подумал, что такое прокатит? Меня подобное поведение лишь повеселило, хотя надо признать — в остальном ситуация была совсем не смешной.

— А ты кто такой, чтобы я тебе что-то докладывал? — поинтересовался я, решив сразу взять инициативу в свои руки, — Представься для начала, сыч.

«Сычами» в гигаполисе обычно называли бомжей и потаскух, к которым не рисковали прикасаться добропорядочные люди. Конечно, кому хотелось подцепить какую-нибудь болезнь?

Бродяга явно не ждал такого ответа, и промолчал. Зато южанин, смерив меня взглядом исподлобья, медленно поднялся на ноги и, приблизившись, заговорил с жутким акцентом.

— Слэш, щэгол. Тут всё по правилэм. Прэдстэвляться должэн тот, кто входэт. Так что…

Слушать его я не собирался. Собственно, как и следовать местным «правилам». Плясать под дудку оборванцев? Ещё чего! Южанин был крепкий, и уронить такого с одного удара — дело не из простых. Только вот горец не подозревал, что даже рядовые бойцы «Оборонэкса» при заключении контракта получают возможность улучшить своё тело.

Нет, это не было аугментацией в прямом смысле этого слова. Но для увеличения боеспособности, каждый из солдат корпорации проходил курс, во время которого нам в тело вводили целый ряд биодобавок. Они немного перестраивали тела солдат на довольно долгий срок — вплоть до двадцати лет, в зависимости от индивидуальной переносимости.

Синтокортизол — для улучшения мышечной массы.