|
- В конце января наступает крайний срок уплаты некоторых пошлин и лицензионных отчислений, - пришлось объяснять неочевидные вещи, связанные с бюджетом Министерства. – В казне появятся деньги, и Блэку выплатят компенсацию. У них, у Блэков, после войны многое конфисковали, в том числе под предлогом принадлежности Сириуса к Пожирателями. Возвращать отобранное чиновники не хотят или, что вероятнее, не могут, потому что сладкие куски распиханы нужным людям. Но отдавать-то надо! Поэтому выплатят стоимость деньгами, перечислят их на счет в Гринготтсе.
- Знаешь, я как-то с этой стороны не рассматривала… - загрузилась девушка.
- Забей, - махнул я рукой. – Не нашего ума дело. К тому же, вряд ли Сириус Блэк захочет восстанавливать работу семейных предприятий. Он от Азкабана-то очухался? Вы его подлечили?
- Да, он несколько месяцев за границей в клинике провел.
Сомневаюсь, что пара-тройка месяцев в клинике, неважно, насколько дорогой и знаменитой, компенсирует десяток лет пребывания в Азкабане. Наверняка у него и с магией проблемы, и детей у этого Блэка не будет. Впрочем, самая большая беда у Сириуса с головой, причем от рождения, так что волноваться его окружению стоит не о долгосрочных последствиях сидения в тюрьме, а о том, выживет ли он в ближайшие два года.
Далеко не всё идёт так, как нам хотелось бы.
Подловить Серую Даму удалось с некоторым трудом. Она появлялась в гостиной Рейвенкло довольно часто, но ненадолго – проплывала из одной стенки в другую раз-другой за вечер. Не видел её утром или днём. С ней иногда заговаривали любители истории или просто любопытствующие, она ненадолго останавливалась, что-то лаконично отвечала и снова скрывалась по своим делам. То есть пообщаться с ней было реально. Однако я не хотел, чтобы о предмете нашей беседы слышали окружающие, поэтому долго выжидал, когда же в гостиной в момент появления Дамы окажется мало народа.
В один из вечеров звезды сошлись удачно.
- Простите, леди Елена, - я догнал призрака совсем рядом со стеной. – Не уделите мне толику своего внимания?
- Что вам угодно, юноша?
Призраки в привычном смысле не говорят. Мы слышим их речь, понимаем её, но звуков они не издают и то, что живым кажется голосом, на самом деле является сплавом менталистики и магии духа. В противном случае люди не смогли бы понимать эти осколки ушедших – ведь учиться, осваивать новые знания умершие не способны. Тем не менее, даже призраки, столетиями обитающие в уединенных местах и не имеющие возможности часто общаться с людьми, при встречах с гостями изъясняются на современном языке. С использованием современных выражений и форм вежливости.
При написании портретов этот механизм закладывается искусственно.
- Мне требуется ваша помощь, леди. Дело в том, что в Выручай-комнате находится одна вещь, которую я хотел бы явить на свет. В данный момент нет никого, кто мог бы предъявить на неё права, за возможным исключением вас.
- Почему вы не обратитесь к декану Флитвику?
- Сначала я хотел бы показать её одному знакомому, чтобы убедиться в своей правоте. Потом, разумеется, я верну её Дому.
- Но вам придётся, - покачала головой Елена. – Призракам запрещено появляться в личных покоях Основателей. Привидениям Домов дозволено посещать помещения своего Дома, то есть я могу проникать в комнаты Рейвенкло, но не в Выручай-комнату. Попробуйте поговорить с Монахом – он обычно не отказывает в помощи.
Мне будто ушат ледяной воды за шиворот вылили.
- Монах не сможет разрешить вынести этот предмет за дверь.
- Тогда – только декан.
С кислой миной поблагодарив за уделенное внимание, я отошел в сторонку. У нас самое бесполезное приведение в Хогвартсе! От дочери Ровены при жизни толку не было никакого, и после смерти она себе не изменяет. Кровавый Барон укорачивает Пивза, Толстый Монах ведет занятия с первокурсниками, знакомит их со школой, Почти Безголовый Ник тоже присматривает за гриффами и по мере возможности помогает им. |