|
Прадед с Террансом разругался незадолго до того, как последнего посадили в Азкабан, где тот и помер. – А прадедушка ваш в добром здравии? Мне вовсе казалось, он скончался.
Я открыл было рот, чтобы сказать очередную благоглупость, и сразу закрыл. С женой прадед расстался и, кажется, женским полом с тех пор не интересуется. Ни разу не видел, чтобы он что-то ел, обедает исключительно дома. Пьёт мало, в основном воду. Не курит, сквернословит, веселящие зелья не употребляет, почти всё время тратит на изучение магии, точнее говоря, темных искусств. Лет ему относительно немного, слегка за восемьдесят, то есть в могилу не собирается и для трансформации в лича рановато.
- Выглядит живым, - наконец, определился с ответом я.
- О, понимаю вас!
Мы чуть помолчали, размышляя о сложностях жизни в магическом мире.
- Итак, мистер Стивенс, - встряхнулся жулик. – Чем моя скромная персона может вам помочь?
- Мне сообщили, что с вашей помощью Сириус Блэк избавляется от ненужных ему вещей. Проводит, так сказать, инвентаризацию семейного имущества. В первую очередь, разумеется, меня интересует литература, но и на остальное взгляну с удовольствием.
И без удовольствия тоже взгляну. Миледи, оба прадеда и остальные родственники нагрузили меня длинным списком того, что нужно попытаться выцарапать у Флетчера, невзирая на возможные сложности с законом.
- Конечно-конечно, - заискивающе улыбнулся мошенник, трогательно заглядывая мне в глаза. – Вы увидите всё, что есть. Только должен предупредить – значительная часть книг представлена копиями, оригиналы, увы, уже проданы.
- Ничего страшного, мистер Флетчер. Главное, чтобы содержание совпадало.
Свой склад прохиндей разместил в настоящей, простите за сравнение, конуре. Небольшой домик на задворках Лютного, в силу возраста погрузившийся в землю, состоящий из чердака и подвала. Никаких чар расширения, только длинный стол при входе, вокруг которого мы и рядились. Флетчер приносил заказанное мной (или то, что хотел втюхать неопытному юнцу), я осматривал, проверял состояние и наличие вредоносных чар, назначал цену. В ответ жулик начинал яростно торговаться.
Фантазия Блэков поражала. Шкатулка, стрелявшая ядовитыми иглами. Проклятое ожерелье, душившее владелицу. Насылавшие слабость и кошмары зеркала. Подсвечники, превращавшие в отраву любую воткнутую в них свечу. Шарфы-душители, снимавшие кожу с рук перчатки, откусывавшие пальцы статуэтки… Спасал опыт работы в Выручайке, без него я бы в первый же час осмотра получил парочку серьёзных травм.
Товар, мягко говоря, специфический, известных цен на него не существует. Сколько выспорил, столько и платишь. Иногда Флетчер заливался горючими слезами, отказываясь уступить от первоначальной суммы, иногда упирался рогом я. Хорошо ещё, что жулик быстро понял, что квалификация у меня приличная, а доверчивости – ноль, поэтому быстро прекратил попытки выдать откровенную туфту за реликвию. Более того, в его взгляде даже какое-то уважение появилось.
Выглядел со стороны процесс примерно так:
- …десять галлеонов исключительно из личной симпатии к вам, мистер Флетчер. Таких вееров на рынке пруд-пруди и стоят они намного дешевле.
- Как вы можете сравнивать эксклюзивное изделие и дешевый ширпотреб! Пятнадцать!
- Эксклюзивное оно из-за герба Блэков, остальной функционал в нём стандартный. Одиннадцать.
- Стандартный? Вряд ли вы найдёте второй веер со встроенным «Секо»! Четырнадцать!
- Двенадцать, скажите спасибо художественному вкусу мастера.
- Именно! Такую красоту ещё найти надо! Тринадцать галлеонов и это моя последняя цена!
Веер с уникальными характеристиками переместился в кучку уже купленного. В клане нет артефакторов, но мама тесно сотрудничает с Гильдией и любит разбирать незнакомые рунные цепочки. Может, распотрошит веер на составляющие, может, оставит себе – женщинам нравятся миленькие вещицы. |