Уже в Большом зале разглядел Таулера и Фриза и окончательно успокоился. Мы с ними виделись во время поездки, перекинулись парой слов, затем они побежали по своим делам, договорившись вернуться и пообщаться обстоятельнее. Не вышло. Мозгами я понимал, что вряд ли они сильно пострадали, не с их происхождением, но всё равно волновался.

Атмосфера во время распределения стояла нерадостная, пожалуй, это было самое мрачное распределение на моей памяти. Проводил его Флитвик. Шляпа спела очередную песню, по-прежнему не слишком рифмованную, детишек быстро раскидали по факультетам, наконец-то со своего трона поднялся Дамблдор.

- Приветствую всех! — сказал директор школы. — Приветствую и поздравляю с началом нового учебного года в Школе чародейства и волшебства «Хогвартс»! Мне надо многое вам сказать. Начнем с самого важного и серьезного, чтобы уж больше к этому не возвращаться. Это не самое приятное известие, но зато нас сегодня ждет отменное пиршество. — Дамблдор кашлянул и продолжал: — Как вам уже хорошо известно, в нашу школу прислали на время несколько стражей Азкабана — дементоров, которые находятся здесь по поручению Министерства магии. Сегодня вечером они производили обыск в «Хогвартс–Экспрессе».

Тишина во время его речи стояла полная, поэтому легкий акцент на словах «на время» заметили все или почти все. Гриффиндорцы, традиционно, в большинстве своем мелкие детали игнорировали.

— Они будут стоять у всех выходов с территории школы, — продолжал директор. — И пока они здесь, — запомните хорошенько! — никто не должен даже пытаться покинуть Хогвартс без разрешения. Дементоров не проведешь ни переодеванием, ни какими–либо еще фокусами, не помогут даже мантии-невидимки. Дементоров тщетно умолять, тщетно просить прощения. Поэтому я вас очень прошу, всех и каждого, не давайте им повода причинить вам вред. Я уже говорил со старостами факультетов и двумя нашими новыми старостами школы, они будут следить, чтобы никто никогда не затевал с дементорами опасной игры.

Сомневаюсь, что сейчас в зале нашелся бы дебил, пожелавший проигнорировать это предупреждение. Потом, когда страх пройдет, таковые неизбежно появятся, но не сейчас, пока страх силен.

Затем, чтобы подсластить неприятную пилюлю, нам представили новых учителей. Первым пошел Люпин и приняли его прохладно, подозреваю, сейчас к любому профессору ЗОТИ ученики отнесутся с сомнением. После Квиррела и особенно после Локхарта авторитет должности находился где-то в районе плинтуса. К тому же выглядел Люпин непрезентабельно – чахлый какой-то, болезненный, шмотки потрепанные… Не впечатлил.

Совсем иную реакцию вызвало назначение Хагрида профессором Ухода. Как бы к леснику ни относились, то, что он в своем деле специалист, признавали все. И с тем, что он верен школе, тоже соглашались все. Последнее очень важно – профессор не должен быть в Хогвартсе случайным человеком, он должен делом доказать, что не сбежит в трудный час.

Выходит, Хагрида реабилитировали полностью. Хорошая новость, простодушный лесник мне нравился. Только как он СОВ и ЖАБа сдал, без положительной оценки по ним его бы на должность не допустили? Хотя, конечно, если есть прямое указание сверху, экзаменаторы становятся на диво сговорчивыми.

Прекрасный психолог, директор сумел отвлечь школьников от травмирующих воспоминаний, ну или просто народ успел очухаться, и зала наполнилась шумом разговоров, звоном вилок и ножей, громким смехом и криками. Опытное ухо смогло бы уловить в смехе нотки истерики, но лучше уж так. Лично я ситуацию с дементорами мысленно отодвинул на второй план и думал, стоит ли волноваться из-за Люпина и чего от него ждать.

Отношение к оборотням в магическом обществе неоднозначное, колеблющееся от полного неприятия до заявлений о необходимости интеграции. Волшебников мало, но не настолько мало, чтобы они не разделились на группы и не пересобачились между собой по любому поводу.