– Например? – спросил я.

– Ну, там, матчи по гольфу, открытие большого магазина – не знаю. Что угодно. Просто ищи знаменитые имена.

Остальные трое собирались разделиться и побродить по магазинам. Все мы должны были через час встретиться у нашей машины.

В библиотеке я пошел прямо в раздел периодики и взял подшивки трех местных газет за последнюю неделю. Вытащив их в зал, я быстренько просмотрел заголовки и объявления, высматривая фотографии.

На третьей странице четвертой газеты я увидел фотографию, которая заставила меня остановиться.

Это было фото мужчины. Джо Хорта, как гласил заголовок. Мэра Дезерт-Палмз. И он был Незаметным.

Я не знал, откуда я это знаю – просто знал, и все. Что-то было в чертах лица, какая-то нехватка харизмы, то, что я немедленно узнал, что передавалось даже в пуантилизме черных точек газетной фотографии. Я все смотрел на портрет. Раньше я никогда не видел фотографии Незаметного, и я не понимал, что все это так очевидно.

Я быстро прочитал статью. Я знал, что должен копаться в газетах дальше, разыскивая новости о знаменитостях, но это было слишком важным, чтобы отбросить, и я вырвал эту страницу, сложил пополам и вынес из библиотеки в руке.

Я побежал мимо цепочки магазинов, заглядывая в окна, пока не увидал Филиппа. Он стоял в антикварном магазине, делая вид, что рассматривает визитные карточки викторианской эпохи, а на самом деле слушая разговор двух модно одетых молодых женщин.

– Я кое-что нашел, – сказал я ему.

– Что?

Он положил наверх стопки карточку, которую держал в руке.

– Есть наводка на одного нового.

– Нового кого?

– Нового террориста. Некоего Незаметного.

– О! –Вид у него был разочарованный. Он посмотрел мне за спину: – А где он? Или она?

– Он. Джо Хорт. Мэр Дезерт-Палмз. – Я протянул ему газету. – Вот.

– Дезерт-Палмз?

– Соседний город. Насколько я знаю, еще более эксклюзивный, чем Палм-Спрингз. Он новее, не так хорошо известен, но полон знаменитых типов.

– Дай-ка посмотреть.

Филипп взял у меня газетный лист. Посмотрел на портрет, прочитал статью, и я увидел, как его лицо вспыхнуло интересом и готовностью к действию.

– Он собирается произносить речь на обеде Фонда инвалидов Дезерт-Палмз сегодня вечером. На такие благотворительные мероприятия всегда стремятся знаменитости. Бесплатная реклама и имидж добросердечных гуманитариев. – Он сложил газету. – Этот парень может дать нам наводку на одного из них. Ты нашел действительно ценную вещь. Отлично.

– А где этот обед?

– Место называется «Ла Амор», В семь часов. – Он положил газету в карман. – Давай выбираться. Надо найти несколько смокингов. Мы должны там быть.

Ресторан был довольно большой и выглядел, как ночной клуб в фильме сороковых годов. Столы расставлены амфитеатром, расходящимся от сцены вверх, а на сцене играл джаз. Приглушенный свет под потолком, настольные лампы на каждом столике. Официанты во фраках. Официантки в мини.

Филипп был прав. На милосердие сплывалась крупная рыба. Здесь был Боб Хоуп. И Чарльтон Хестон. И Джерри Льюис. И стая светил поменьше, выделяющаяся на фоне не знаменитостей.

Мы сидели у бара, смотрели на действо издали, слышали только обрывки разговоров – большая часть которых касалась работы фонда, – когда пара за парой подходила к бару выпить.

Как всегда, мы ждали указаний от Филиппа, а он – странно – оставался спокоен. Казалось, что его несколько подавило такое шикарное место, такое блестящее общество.

Подали обед, но у нас не было стола, поэтому нам не досталось.