То был дракон, она сразу узнала его. И как же он был огромен! На фоне бабочек он казался исполином, а ведь бабочки были такого большого размера, что на каждой могло запросто поместиться трое взрослых человек! Дракон Огнегор, гордость всего Неявь Мира, молва о котором долгое время наводила ужас на его жителей, считающих животное огнедышащим. Однако впоследствии выяснилось, что дракон изрыгал пламя из за того, что ел особенное растение, имеющее такой вот побочный эффект. Огненный перец, маленькие красные шарики. Съев его, любой мог стать огнедышащим на какое то время. Но только у Огнегора это получалось особенно эффектно. На самом же деле дракон оказался не только добрым и мирным животным, но и вовсе не драконом, а оборотнем, умеющим в него перевоплощаться. Оборотень был пропавшим много лет назад сыном королевы из страны Весении, принцем Лучезаром. Невероятная история! С тех пор, как Гиблое Место ожило благодаря пролитому там Дождинкой ливню, она верхом на Огнегоре часто наведывалась туда. Гиблое Место превратилось в настоящий оазис в пустыне. Дерево шелестело густой зеленой листвой, а зеленый травяной ковер вокруг него пестрел разнообразием цветов. Кладбище колдунов, прежде покрытое коркой потрескавшейся каменистой земли, теперь стало большой клумбой, за которой девочка тщательно ухаживала, поливая магически вызванным дождем. И вот наступил как раз тот самый день, день Благодатного дождя. Огнегор всегда прилетал вовремя, ранним утром, чтобы перенести принцессу в то место. Дождинка была благодарна ему за это, ведь на Агриппине пришлось бы добираться несколько дней. Гиблое место было расположено неподалеку от Звездного вулкана, а это в самом центре Неявь Мира.
Дракон завис напротив окна, часто затрепетав крыльями, и выдохнул пар из больших ноздрей. Устал, бедный. Дождинка весело помахала ему, приветствуя, и указала на вход. В драконьем обличье принц не мог разговаривать. Только Ваня, мальчик из Явь Мира, обладающий даром Толкователя Языков, был способен общаться с ним, но сейчас он был далеко отсюда. Мальчик, который дважды спас Неявь Мир от беды. Жаль, если больше они не встретятся. Но граница между мирами была надежно закрыта, и вряд ли еще когда нибудь он сможет очутиться здесь. Благовей строго охранял барьер, делая исключение лишь для Деда Мороза из страны Снеговении, чтобы не лишать детей того мира новогодних подарков.
Огнегор понял, что его пригласили войти, и приземлился у дворцового крыльца. Дождинка уже стремительно неслась вниз по широкой мраморной лестнице, ведущей в тронный зал. Королева, величественно восседавшая на троне, как раз встала, чтобы поприветствовать вошедшего златокудрого юношу, встречая его распростертыми объятиями. Увидев дочь, недовольно фыркнула:
– Дождинка! Взгляни на себя в зеркало, ты даже не причесалась! И разве ночная рубашка подходящий наряд для встречи с дорогим гостем, прибывшим из далекой страны?
– Ничего, мама! – задорно ответила принцесса. – Ведь Лучезар мой друг! Думаю, он меня простит! – и с радостным воплем девочка повисла у юноши на шее, вогнав его в краску. Тот смущенно улыбался, пока Дождинка хлопала его по широким плечам, и бормотал вежливые приветствия.
– Хватит церемоний, они мне надоели! – воскликнула девочка, обернувшись к матери и оставив смущенного гостя в покое. – Вечно нужно думать, кому поклониться, кому улыбнуться, а от кого и отвернуться! На обед одно платье, на прогулку – другое, на бал – третье, и так – каждый день! Столько времени уходит на переодевания. Нелегко жить во дворце и быть принцессой. Вот возьму и переселюсь в садовый домик к бабочке Агриппине!
– Ты неисправима! – усмехнулась королева Листопадия добродушно. – И все же я настаиваю, чтобы на завтрак ты явилась в более приличном виде.
– Ладно, так уж и быть, что с тобой поделаешь, – проворчала дочь. – Пойду, переоденусь.
И нехотя поплелась обратно в спальню. |