— Вы внушили мне страх и трепет благоговения, Хью-сан. Истинный воин.

— Говорите так только потому, что я недостоин вас, — насмешливо сказал он, смутившись похвалой.

— Отнюдь. Я могу постоять за себя, когда понадобится.

Он скривился:

— К несчастью, это правда.

— В чем же здесь несчастье?

— Ни в чем, дорогая, совершенно ни в чем. — Он говорил вполне серьезно, что, вероятно, и стало причиной того, что он решил переменить тему разговора. Одно дело — желать секса. Желать женщину — совершенно иное. — Пойдем, золотко, посмотрим, в какой простоте живут монахи.

За грубым фасадом скрывался чуть ли не дворец. На отделку одной-единственной комнаты пошли самые редкие материалы. Стойки и балки из неполированного клена, покрытые золочеными листьями, скрепили их блестящими медными болтами; занавеси из редкой парчи, вышитой павлинами и журавлями; на стенах азалии и бамбук; тончайшие тростниковые циновки устилают пол. Ниша токонома украшена большой вазой с форзицией, цветы явно недавней выгонки — в это время года! — и такие свежие, ясно, что аранжировку сделали совсем недавно.

— Вы знакомы с совершенно необыкновенными монахами. — Восхищенная Тама, медленно поворачиваясь вокруг себя, разглядывала великолепное убранство.

— Они стали монахами не по своей воле, и это определяет их образ жизни.

— А что, господин Ябэ надеется когда-нибудь переменить судьбу?

— Он в этом уверен. — Хью улыбнулся. — И я подозреваю, что если этого не произойдет, он постарается, чтобы враги его претерпели всяческие лишения за свое упорство. Он намерен добиться справедливости и свободы тем или иным способом. Как и вы.

Она тихонько вздохнула.

— В свое время, Хью-сан. Пока же я радуюсь, что пережила еще один день.

— Вам нужно придумать, что сказать брату, чтобы убедить его вернуться. Я-то вовсе не намерен умирать. И вы тоже.

— Меня покоряет ваша уверенность, — сказала она, широко раскинув руки и кружась, охваченная бездумной радостью. — Огромное вам спасибо.

— Сегодня ночью вы себя вели подобающим образом. Не к чему меня благодарить. А теперь вы намерены утолить мой голод или нет?

— Хотите сказать, что здесь нет слуг? Что же делать? — жалостливо заныла она, перестав кружиться.

— Самое подходящее время, принцесса, освоить основные житейские дела. Загляните в шкафчики и достаньте все, что вам покажется съедобным. А там посмотрим.

Глава 12

Когда настал второй день поисков, Хироаки начали терзать сомнения. Прекратить ли поиски или уже слишком поздно, чтобы его действия оставались незамеченными? Возможно, безопасней переменить объект поисков? С принцессы на капитана Драммонда. Можно состряпать обвинения его в предательстве, и они послужат основанием того, что Хироаки предпринял столь массированную атаку. Или, может, вести слежку за господином Ябэ из монастыря? Эту мысль он отбросил почти сразу. У господина Ябэ мощные союзники, да и прошение о его прощении уже продвигается через определенные каналы.

Гримаса исказила лицо главного инспектора.

Ни один из вариантов не казался подходящим, поскольку очень многие из его людей знали о предмете поисков. Проклятый американский торговец оружием! Если бы не Драммонд, принцессу уже давно бы схватили. В результате, как следует из последнего донесения, полученного час назад, он потерял тридцать человек убитыми и ранеными, а принцесса и капитан исчезли.

Исчезли! В это невозможно поверить! В такой маленькой стране? На территории, ограниченной Эдо и Осакой? Хотя даже команда американца не знает, где он, это Хироаки сообщил один из осведомителей.