— Ты моя дочь, и он причинил тебе боль. И, разумеется, я должна была вступиться за тебя.

Трейси с трудом воспринимала логику матери.

— А сейчас?

— Похоже, он хочет искупить свою вину. Тебе не мешает подумать над этим.

— Здорово ты переменилась, если хочешь знать мое мнение.

— Ну, хотя бы потому, что Дональду не помешал бы отец.

— Папа заменял ему его.

— Твоему отцу не справиться с неуправляемым двухлеткой, и ты знаешь это. Ты же видела, как Дональд утомляет его. Через несколько лет мальчишке захочется играть в бейсбол и ловить рыбу. Если твой отец попытается заняться подобными вещами с его больной спиной и плохой коленкой, одно лечение обойдется нам в кучу денег, не говоря уже о том, что твой отец ненавидит бейсбол. Всегда ненавидел. — Она пристально посмотрела на Трейси и выразительно добавила:

— А я ни в жизнь не соглашусь очистить еще хоть одну рыбину. — Она драматически содрогнулась. — От одной только мысли об этом у меня мурашки по коже.

— Найду кого-нибудь еще для игры в мяч и для рыбалки. Может, Чарльз подойдет. Он будет рад поиграть с Дональдом. Я же почищу рыбу, если придется.

Грейс Картер скептически изогнула брови дугой.

— Насколько я понимаю, Чарльз не так уж заинтересован в обзаведении уже готовой семьей. Так что не лучше ли Дугу оказаться этим кем-нибудь? Он же отец мальчика. Трейси, я не хочу вмешиваться…

— И все-таки вмешиваешься.

— Вмешиваться входит в обязанности матери, — весело отпарировала мать.

— Что-то я нигде не видела этих обязанностей.

— Их никто не записывает.

— Я уже догадалась.

— Просто каждая мать знает, что нужно делать. Сама убедишься. — Она нежно посмотрела на дочь. — Ты все еще любишь его. Сама знаешь. Ты была несчастна с того дня, когда он ушел.

— Да не была я несчастной, — с жаром возразила Трейси. — Во всяком случае, не в последнее время. Я давно уже научилась обходиться без Дуга. И жизнь у меня налажена.

— Она могла бы стать лучше. Дай ему шанс, — настаивала мать.

— А что если он опять смоется? Ты же понимаешь, нужно ведь думать и о Дональде. Как это отразится на нем?

— Не думаю, что это случится.

— Опять гадаешь на кофейной гуще?

— Нет. Но я в состоянии прочесть выражение глаз Дуга, когда он смотрит на тебя. Так же, как он смотрел на тебя, когда ты шла по проходу церкви Святого Луки в день свадьбы.

— Ты забыла, на сколько его хватило?

— Ничто не длится вечно. Нельзя упускать свой шанс.

— Меня не устраивают последствия. Тот, кто смылся однажды, вполне может повторить это. Знаешь, как говорят: дело мастера боится.

— О’кей. Тебе опять будет больно, но ты переживешь, как и в первый раз. Да и Дональд тоже, если уж на то пошло. Лучше рискнуть с человеком, которого любишь, чем быть несчастной и умирать со скуки с тем, кто тебе безразличен, — подчеркнула мать.

Трейси прекрасно понимала, чего она добивалась. Ее только удивило, что мать влезла в нюансы ее отношений с Чарльзом, вернее, отсутствия таковых.

— Мне казалось, что тебе нравится Чарльз, — робко возразила она.

— Мне нравится. Но не тебе, к сожалению. По крайней мере, ты не влюблена в него, как должна быть влюблена женщина в мужчину, за которого она собирается замуж.

— Кто говорит о замужестве? Мы с Чарльзом друзья. Мы получаем удовольствие от нашего общения. Только вчера мы провели прекрасный вечер.