— Уже поздно. Ты когда-нибудь танцевала ведущие партии? Ну, когда училась в балетной школе?

— Царицу виллис. Такова моя судьба. Мне не доставалась ни Одиль, ни Коппелия, ни принцесса Аврора.

— Что за виллисы такие? Никогда о них не слышал.

— Девственницы, которые умерли от неразделенной любви или до свадьбы, это из «Жизели». Их там несколько рядов в тюлевых пачках, они занимают всю сцену. Почти весь второй акт они затанцовывают до смерти тех, кто разбил им сердца. Когда-нибудь я свожу тебя на «Жизель». Лично мне этот балет кажется моим отражением. Так, кто у тебя следующий?

— Джо Димаджио. Иногда я выбираю между Малышом Рутом и Миком, но, с другой стороны, Джо был не только легендарным бейсболистом, у него еще была Мэрилин Монро. И потом, он такой стильный тип. Все эти герои американского спорта, блиставшие, пока какой-нибудь пропущенный мяч не испортил им карьеру... По правде говоря, я был там, на стадионе, на шестой игре чемпионата, которую выиграли «Янки». Тогда я с радостью поменялся бы местами с каждым из них — с Берни Ульямсом, Дереком Джетером. Я был готов продать свою бессмертную душу за то, чтобы стать Уэйдом Боггсом, когда он совершал круг почета после всех тех лет, что провел, просто мечтая попасть на чемпионат. Вот это был момент!

— И не забудь про Энди Петита. Вот кто действительно красавчик. Превратись в Энди Петита или Дерека Джетера, и тогда мне не составит труда влюбиться в тебя.

— Итак, последняя попытка. Последняя фантазия. Кто?

— И снова мне легко ответить. Тина Тернер. После разрыва с Айком — на этом я настаиваю.

— Вот теперь ты говоришь дело, блондиночка. Хороший выбор.

— Помнишь ее тур с альбомом 1985 года «Частный танцор»? Когда она спускалась по ступенькам, подвешенным к потолку «Мэдисон-Сквер-Гарден»? Эту ее львиную гриву, бесконечно длинные ноги, мини-юбку, четырехдюймовые каблуки и как она при этом пела «На что способна любовь»? Она прошла сто или больше ступенек и ни за что не держалась, ни разу не сбилась. Я могла бы убить лишь за то, чтобы оказаться одной из ее бэк-вокалисток в тот вечер. Нина прислала мне запись концерта, и когда я чувствую, что пора принять антидепрессант, то просто включаю этот момент. Три минуты — и я полностью здорова. Я бы хотела быть Тиной.

— Ты очень неплохо ее изображала — для белой девочки — на вечеринке у Баттальи. Когда твой босс увидел, как ты гордо спускаешься в общий зал клуба «21» из приватных комнат наверху, я думал, он проглотит вилку.

— Черт, ты это помнишь? Я думала, он уже ушел. Я и представить не могла, что он меня увидит.

— Ты могла бы этим воспользоваться, Куп. Ты единственная в мире женщина, у которой ноги ничем не хуже, чем у Тины. Нам осталось только немного поработать над твоим голосом.

— А кто твой третий кандидат? — спросила я с улыбкой.

— Великий кинорежиссер. Возможно, Хичкок, или Спилберг, или Трюффо. Хотел бы я иметь такой же созидательный талант, как у них. Переносить истории на экран и давать им жизнь, развлекать миллиарды людей снова и снова. Снимать саги, эпические полотна, сказки с выдуманными существами или фильмы на эскапистские темы. Еще я не прочь поменяться местами с Карло Понти.

— Он тоже снимает? Я думала, он продюсер.

— Какая разница.