— Зачем ты вмешиваешь его в это дело об убийстве той женщины, Алекс? Ты просто слишком остро на все реагируешь. Ты должна раз и навсегда забыть, что тебе пришлось пережить с Джедом и его...

— Одно с другим никак не связано. Просто странно, сначала Дрю знакомится со мной, а через неделю я узнаю, что врач, чье убийство я расследую, оперировала его жену, которая скончалась на операционном столе. Как все это началось? Вот что я хочу выяснить.

Джоан помолчала, обдумывая ответ. Сейчас я ощущала себя скорее прокурором, ведущим допрос, нежели подругой, и мне очень не хватало возможности посмотреть ей прямо в глаза, чтобы решить, правду ли она говорит.

— Джоан?

— Я не пытаюсь юлить. Я просто смотрю в свой календарь. Помнишь благотворительный прием в храме Дендур в начале марта? Мы с Джимом как раз уходили, когда ты пришла. Ты стояла прямо перед саркофагом с мумией, которую привезли на выставку из Британского музея...

— И кто из нас выглядел лучше?

— Лично мне показалось, что мумия, но именно в этот момент Дрю сказал Джиму, что знает, кто ты и хочет поближе с тобой познакомиться. Так как мы уходили, я просила его позвонить нам и сообщить, когда свободен, чтобы я могла пригласить вас обоих к себе на вечеринку.

— И когда он тебе позвонил? Это тоже записано у тебя в календаре?

Снова молчание.

— Он не звонил тебе, пока не прочитал в газете объявление о смерти Джеммы Доген, да? И о том, что я веду это дело? За день или за два до той вечеринки, которую ты назначила независимо от него? И ты просто поставила еще один стул?

— Какая разница? Я-то уж точно ничего не знала об этом, Алекс. Но я не могу его винить за то, что ему стало любопытно узнать о враче, которая нанесла такой удар по его личной жизни. Я с тех пор много говорила с ним, и ты действительно ему очень нравишься.

— Очень странно крутить роман с человеком, который, возможно, хочет установить контакт с покойной женой через прокурора, расследующего смерть врача, отправившего эту жену на тот свет...

— Ладно-ладно, сбавь обороты. Мне пора бежать. Ребенок плачет и...

— У тебя нет детей.

— Ну работает же эта отмазка для Нины, когда ты достаешь ее своими телефонными звонками. Я подумала, что и мне стоит ею воспользоваться, чтобы переждать, пока ты немного успокоишься.

— Извини.

— Послушай, ты с ним встречалась всего дважды. А Джим знает его целую вечность. Заканчивай это расследование и дай Дрю второй шанс.

Я устроилась в кровати, подперев голову рукой и прижав трубку к правому уху. Мы еще немного поболтали, пока я опять не вернулась к интересующей меня теме:

— Майк думает, что я все притянула за уши, но не кажется ли Джиму, что Дрю переживал достаточно сильно для того, чтобы затаить зло на доктора Доген, и... Я не хочу сказать, будто он сам напал, но вдруг он нанял кого-нибудь...

Джоан закричала на меня с того берега Атлантики:

— Помнишь, как ты мне рассказывала о том, что делала в первый год в офисе окружного прокурора? Когда работала в отделе, куда звонили всякие психи с жалобами? Помнишь, что ты делала, когда какая-нибудь липучка начинала тебя доставать? Ты говорила:

«Извините, мадам, но, кажется, нас сейчас разъединят». Будешь вести себя в том же духе, у меня телефон сломается на неопределенное время, — Джоан перевела дух. — Прислушайся к Майку. У него нюх на такие вещи. Я вернусь в Нью-Йорк во вторник, и мы сможем где-нибудь поужинать вместе.