— Ах да, пианино.

Лори почти забыла о своем предложении продать пианино, чтобы у Розы было на чем играть. Она неверным шагом добралась до гостиной и села на стул перед старым, но ухоженным пианино. Подняв крышку, она пробежала рукой по клавишам из слоновой кости и прислушалась к звуку.

— Оно не настроено.

— Вы часто играете… на вашем «Стейнвейне»? — спросил Дэнис.

— Не играю уже много лет. Его купила бабушка, когда мне было семь лет. Она говорила, что леди должны знать искусство, в том числе играть на пианино и любить поэзию.

— Вы уверены, что хотите продать его?

— Да, уверена. Я никогда не преуспевала в искусстве. Мне всегда больше нравились цифры. Это пианино для меня — лишь предмет меблировки. Роза даст ему новую жизнь.

— Но вы делаете это не для Розы, — напомнил Дэнис.

— У нее будет возможность играть, пока оно будет стоять в магазине, — Лори хотела назначить за это пианино непомерную цену, чтобы его никогда не купили.

— Вы берете его?

— Беру, — подтвердил он. — Но доставка за ваш счет.

— Отлично.

Удивленная его бездушным подходом, Лори встала и прошла на середину комнаты.

— Объясните мне кое-что, Дэн. Вы высоко цените мечты. Но вас не взволновало то, что Розе будет не на чем играть.

— Это пианино не принадлежало ей. Оно было выставлено на продажу.

— Но вы видели, как важно для нее заниматься музыкой.

— Если игра на пианино настолько важна для нее, то она найдет, где играть.

— И вы не хотите помочь ей?

— Так же, как помогла вам ваша бабушка?

— Но ее подарок был совсем иного рода. Я не хотела быть пианисткой.

— Может быть, и Роза не хочет быть ей. Люди должны решать сами, что для них хорошо.

— Нет ничего плохого в том, чтобы подталкивать людей в нужном направлении. — Как, например, подталкивали его взять заем. — Если известно, что это, безусловно, к лучшему.

Когда Дэнис отошел от пианино и приблизился к ней, Лори вздрогнула, но не сдвинулась с места.

— А вы знаете, что для меня к лучшему?

— Возможно, знаю.

Он стоял совсем близко от нее.

— Возможно, я тоже знаю, что к лучшему для вас.

Дэнис взял ее за руку. Ему было приятно, что Лори не вырывалась. После их первой встречи он постоянно вспоминал ее пепельные волосы, глаза с золотистыми искорками, нежную кожу на шее и налитую грудь. Дэнис абсолютно точно знал, что Лори не подходила для него. Она всегда бы думала, что знает то, что хорошо для других. Но, как и он, она была мечтательницей. Он не мог забыть того, как она заинтриговала его.

Дэнис заглянул в ее карие глаза. Она не испугалась его близости, не отстранилась от него.

— Вы никогда не улыбаетесь, — произнесла Лори. — Вы несчастливы?

— Иногда. А вы?

— Никогда, — ответ был автоматическим. Лори была независимой, сильной. Она могла позаботиться о себе и не признавала поражения. Но внимательные серые глаза Дэниса заставили ее сказать правду. — Бывает, что я чувствую себя несчастной. Иногда смущенной и напуганной.

Дэнис нагнулся и нежно поцеловал ее в лоб.

— Не нужно быть психологом, — прошептал Дэнис, — чтобы сказать, что ты самая сексуальная женщина из всех, которых я встречал.

Сладкая истома разлилась по телу Лори. Веки отяжелели. Исполнительный администратор куда-то исчез. Она чувствовала себя женщиной, которая хочет мужчину.