— Значит, у нас столько времени, сколько понадобится огню, чтобы запалить фитиль.

— Точно. Но я не стал бы слишком беспокоиться, потому что огонь не поднялся еще и на четверть расстояния до потолка.

Они захлопнули дверь и одновременно бросились к середине комнаты.

— Люк в крыше — наш единственный шанс на спасение, — сказал Криспин, и Лоуренс с ним согласился. От него их отделяло несколько саженей, но подобраться к нему напрямик было невозможно, поскольку он располагался над емкостью с известью. Оставалось влезть на стропила, проползти по ним и выбраться через люк наверх.

— Здесь есть веревка? — спросил Криспин, стягивая рубашку из-за невыносимой жары.

— Да. Вон там.

Они действовали молча и быстро. Криспин подвинул стол на середину комнаты, Лоуренс поставил на него друг на друга два стула, закрепив их веревкой. С этой пирамиды Криспин почти дотянулся до стропил.

— Не хватает нескольких футов, — с досадой вымолвил Криспин, вытягиваясь изо всех сил. И вдруг словно по волшебству эти футы появились. Криспин ухватился за стропила обеими руками и посмотрел вниз. Оказалось, что Лоуренс встал на стул и приподнял его за ноги.

— Выходи, — сказал Лоуренс, кивая в сторону люка. — Я подожду, пока ты придешь и заберешь меня отсюда.

— Не говори ерунды. Ты знаешь, что на это нет времени. — С этими словами Криспин снял бриджи, обмотал завязки вокруг стропил, а штанины сбросил вниз Лоуренсу. — Хватайся.

— Нет. — Лоуренс не двинулся с места. — Прошу тебя, Криспин, уходи. Это я виноват в том, что втянул тебя в это дело. Иди, со мной ничего не случится.

Держась на руках, Криспин свесился со стропил и завис над головой у Лоуренса.

— Черт тебя побери, Лоуренс Пикеринг! Если ты не полезешь наверх, я сам спущусь вниз. Ты — мой лучший друг, и я, против всякого здравого смысла, не могу бросить тебя здесь умирать во имя любви к Констанции Гросгрейн.

— Прошу тебя, ухо… — Лоуренс прервал сам себя. — Что значит против здравого смысла?

— То, что ты самый упрямый изо всех лучших друзей, которых может иметь человек. А теперь хватайся за бриджи и лезь наверх.

После нескольких неудачных попыток Лоуренсу удалось повиснуть на стропилах рядом с Криспином.

— Упрямый, — мрачно пробубнил он, ползя следом за другом туда, где в крыше виднелся люк. — И вовсе я не упрямый.

— Ты шутишь? Если бы ты не был упрямым, то ничего не добился бы в жизни и работал бы сейчас на своего помощника.

— Это верно. Но все же…

— Эй! — раздался вдруг голос снизу. — Здесь есть кто-нибудь? Эй! Криспин!

— Софи! — хором ахнули они.

Софи, запрокинув голову, посмотрела вверх.

— Что вы там делаете? Наверху ведь жарче, чем здесь, внизу.

— Софи, как ты попала сюда? — спросил Криспин.

— Через боковую дверь.

— Боковая дверь? — простонал Лоуренс.

— Да, вон там. — Она кивнула назад, удивляясь, почему они относятся к ее появлению, как к дьявольской уловке. — Если хотите, я уйду. Я все равно собиралась…

— Нет! — крикнул Криспин.

Они с Лоуренсом быстро попятились по стропилам назад к столу и одновременно спрыгнули вниз, поломав стулья.

— Скорее, скорее. — Криспин схватил Софи за руку и потянул в указанном ею направлении.

— Подожди, Криспин. Я и так собиралась уходить. На этот раз окончательно.