— Все сделаю, шеф! — торопливо выкрикнул он. — Я этого Шамана по толчку размажу!

— Иди, милый, — кивнул Костыль. — И действуй…

Володя откланялся. Костыль встал со скамейки сквера, где они сидели, и неторопливо направился к своей машине, стоявшей неподалеку. Телохранитель услужливо распахнул перед ним дверцу.

…Север, следивший за Володей, прекрасно понимал: бригадир встречался со своим начальством, получал инструкции. Интересно, до чего договорились упыри? Белов запомнил внешность Костыля и номер его автомобиля. Машина наверняка собственная. Надо будет выяснить в ГАИ, кому она принадлежит. За деньги это просто. А после можно узнать и адрес хозяина…

72

Север сидел в задней комнате своего офиса вместе с Милой. Теперь на звонки клиентов отвечал охранник Коля. Белов только выслушивал заказы по параллельному телефону. Если было что-то подходящее для Милы, отвозил ее, ждал, привозил обратно, ужасно боясь за нее: Астру, представленную сестрой Шамана, могли похитить. Но на такой шаг Володя все же не решался. Он помнил, как быстро появился Шаман после избиения сутенера. Помнил и рассказы сутенера о телепатии и всякой чертовщине. Бригадир попросту боялся.

Раздался очередной звонок. Север снял трубку, послушал. Голос Коли произнес:

— Фирма «Шаман», организация досуга, здравствуйте. Слушаем вас.

— Слышь, чувачок, мне девочка не нужна, — отозвались на том конце провода. — Мне надо поговорить с директором.

Север узнал голос Володи.

— Переключаю! — сказал между тем Коля, щелкая рычажком селектора.

Север снял трубку другого аппарата.

— Слушаю!

— Слушай, и внимательно! — злобно начал бандит. — Передай своему Шаману — я назначаю ему «стрелку»! Послезавтра, на пустыре за железнодорожными путями. Знаешь это место?

— Знаю.

— В шесть часов вечера. Ты все понял? Передать-то хоть сможешь, торговец бабами?

— Передам. Астра здесь, попрошу ее — и Шаман позвонит. Но знаешь… зря ты это.

— Не тебе судить, сутенер вонючий! — выкрикнул Володя отчаянно. — Твое место вообще у параши!

— Я помню свое место. Только убьют-то послезавтра не меня. Я ведь от души предупреждаю — не трожь Шамана, пожалеешь… Пойми — мне все равно, под кем работать — под тобой или под ним. Тебя жалко, хоть ты и морду мне бил.

— Себя пожалей! — опять выкрикнул бандит.

— Себя я больше всех жалею. А ты, если живой вдруг останешься, не говори потом, что тебя не предупреждали. Мне ни к чему, чтобы кто-то держал на меня зло.

— Да катись ты… — сказал бригадир тоскливо. — Короче, передай, и все, — произнес он совсем уж потерянным голосом.

«Боится», — удовлетворенно подумал Север, вешая трубку.

— Милый, что случилось? — тревожно спросила Белова жена.

— Володя назначил мне «стрелку», — уронил Север равнодушно.

— Малыш, не езди на нее! — воскликнула Мила. — Не езди, тебя убьют! Я не переживу твоей смерти!

— Хорошо, не поеду, — ответил Белов ровно, — если ты поклянешься никогда больше ни с кем не трахаться, кроме меня.

— Я уже клялась… — произнесла Мила горько. — Уже клялась и даже верила, что не нарушу клятвы… Результат тебе известен. Болезнь сильнее меня.