— Витька, черт здоровый, дай нам хоть познакомиться! — шутливо воскликнула Лида, пытаясь отодвинуть Чекана плечом. Витька, до сих пор загораживавший Милу своей мощной фигурой, отошел в сторону.

— Лида — Мила! — представил девушек друг другу Север.

Лида во все глаза смотрела на стоящую перед ней знаменитую проститутку. Мила улыбнулась, протянула руку.

— Здравствуй!

— Здравствуй! — Лида ответила рукопожатием. — Вот ты какая… — невольно прошептала она и сразу смутилась.

Мила улыбнулась еще шире.

— Мне про тебя Север много рассказывал. Если честно, я восхищаюсь тобой. Давно хотела познакомиться. Поможешь мне готовить?

Лида кивнула, облегченно вздохнув. Неловкость исчезла. Девушки вышли.

— Давай пока хлопнем по рюмашке? — предложил Чекан. — У меня ведь тоже сегодня праздник…

— Какой? — спросил Север, разливая водку.

— Прошлую ночь мы с Лидой провели вместе. Впервые…

— Ого! Поздравляю! И как?

— Восхитительно… Других слов просто нет…

— Что ж, давай тогда за вас!

— И за вас! Признаться, я так рад за вас! Хотя объективно понимаю: радоваться рано. Кстати, Тенгиз за последний месяц просто озверел. Он и всегда-то был зверем, но по крайней мере старался особо не беспредельничать и блюсти элементарную выгоду. А тут… Я прямо не узнаю его. И сдается мне, здесь замешан ты, Север…

— Замешан. Но давай выпьем!

Они выпили.

— Так что с Тенгизом? — настойчиво спросил Чекан.

Север вкратце рассказал о визите к нему Кунадзе-сына. Витька помрачнел:

— Отчаянный ты малый! Понимаю, почему Тенгиз вдруг озверел сверх всякой меры. Отыгрывается… Ведь ты действительно умудрился его напугать! Даже удивляюсь… Он сроду никого не боялся, кроме отца. Теперь Тенгиз точно не тронет Алую Розу, пока ты жив, в этом Милка права, я его знаю… Но зато жить тебе осталось… Если, конечно, ничего не предпринять. Похоже, пора осуществлять наш план. Нечего ждать телодвижений Столетника. Себе дороже. Да и я больше не могу…

— Ты-то почему? — удивился Север.

— Видишь ли, я остаюсь все тем же бандитом, что и раньше. А Лида много раз говорила мне, что замуж за бандита она не пойдет. Север, ты должен меня понять: я хочу наконец назвать ее своей, совсем своей!

— Но ведь она и так с тобой…

— Это другое.

— А сегодня ты ее спрашивал?

— Пока я еще боюсь делать предложение. Вдруг откажет? Что мне тогда, стреляться? Слушай, брат, может, посодействуешь? Выясни у нее сегодня обиняками, согласится ли она, если я посватаюсь? А?

Север кивнул.

— Попробую… Слушай, а как ты вообще стал бандитом? Не блатной вроде… Как попал в банду? Расскажи…

— Да-а… — махнул рукой Чекан. — Что рассказывать? Пять лет разведывательно-диверсионного батальона. Нами все дырки затыкали. Кавказ, Кавказ и еще раз Кавказ… Насмотрелся на это зверье. Ты видел когда-нибудь человека, которому сожгли лицо паяльной лампой? А младенца с отрубленными ногами, брошенного истекать кровью? А девушек с кольями толщиной в мою руку, загнанными туда, куда этих девушек следует любить? А заживо оскальпированного старика? Видел? Я видел… А когда дембельнулся, то выяснилось, что моих родителей зарезали азербайджанцы, предварительно заставив их подписать дарственную на квартиру.