— Ты это сделаешь!

Юкио улыбнулась заговорщической улыбкой, и в ее глазах заплясали огоньки.

— Если ты хочешь.

Николас привстал, посмотрел на нее и снова откинулся, подложив руки под голову.

— Я хочу тебя о чем-то спросить. — Он чувствовал, что слова застревают у него в горле. — Я хочу знать... то, что ты сказала раньше, пpaвдa? Ты спала с Сайго?

— Это имеет значение? — Да, имеет.

Юкио обняла его за шею.

— Николас, не надо быть таким серьезным.

— Да или нет?

— Может быть — один раз.

Он сел и посмотрел на нее.

— Может быть?

— Ну, хорошо. Да. Но это... это вышло случайно.

— Как и со мной, — сказал он желчно.

— Нет, нет. — Юкио смотрела ему в глаза. — У нас с тобой совсем по-другому.

— Ты хочешь сказать, что со мной ты все продумала заранее? — настаивал он. Ее веки опустились.

— Я растерялась, когда тетя сообщила, что я буду жить у вас. Я хотела тебя еще тогда, в тот вечер...

— Но ты сказала, что ничего не помнишь! — За раздраженным тоном Николаса слышалась радость. Юкио улыбнулась.

— Я обманула тебя, — Она показала ему язык, что выглядело очень не по-японски, — Я не хотела испортить сюрприз. Как только я снова увидела тебя, я поняла, чего хочу.

— Но когда мы вышли в сад, ты ничем этого не выдала. Она пожала плечами.

— Во мне два разных человека. Ты видел обоих.

— Как ты росла?

— Почему ты об этом спрашиваешь? Николас расхохотался.

— Да потому, что это мне интересно, почему же еще. Или ты думаешь, я преследую какую-то тайную цель?

— Все и всегда преследуют свои цели.

— Не все. — Николас мягко привлек девушку к себе. — Ты дорога мне, Юкио. — Он поцеловал ее, не размыкая губ. — Очень дорога.

Юкио засмеялась.

— Хорошо еще не сказал, что любишь меня.

— Может быть. — Голос Николаса был серьезным. — Я пока не знаю.

Она тряхнула головой.

— Брось. Не надо мне этого говорить. Это все пустые слова. Ты и так получишь все, что тебе надо.

— Не понимаю тебя.

— Мне не нужны слова, — повторила она терпеливо, — не нужны иллюзии. Мы дарим друг другу удовольствие, и для меня этого достаточно.

— Так было и с Сайго? — спросил Николас резко. — Я сказал то, что думаю. Ты мне дорога. Мне не все равно, как ты живешь. Что ты чувствуешь. Хорошо тебе или плохо.

Юкио долго смотрела на него, будто не могла подобрать нужных слов.

— Когда я была маленькой, — начала она тихо, — мы уезжали на лето в горы, в небольшой городок на лесистом склоне. Помню, все дома там стояли на сваях: ничего подобного я прежде не видела, и мне это показалось просто сказочным.

У моих приемных родителей не находилось для меня времени, хотя Сацугаи каждый месяц давал им немало денег. Они никогда не хотели иметь детей. Чаще всего я была предоставлена самой себе. Я помню, как целыми днями сидела в густой траве и слушала металлический звон цикад... — Она вздохнула и посмотрела на колышущуюся листву криптомерии. — Вечера тянулись бесконечно. Я часто сидела на склоне горы и смотрела на долину. Там, среди зелени, проходили две длинные борозды, увядшие, поразительно голые, будто какой-то великан в ярости оцарапал землю своими когтями.