– Хорошо. Что касается твоей сестры, то тебе виднее. Тем более что я-то точно ничего не могу поделать.

– Итак, сколько нас получается? Мы с тобой и Астерион, если он решится, уже трое.

Тезей вскинул изогнутую золотистую бровь.

– Разве твой брат хочет покинуть Лабиринт?

– Не знаю, но когда я предложила ему бежать вместе с нами, он не ответил «нет». Дедал, наш незаменимый проводник, это четверо… плюс его маленький Икар – пятеро. Наверняка отец не бросит маленького сына здесь.

Тезей задумчиво кивнул. А потом поинтересовался:

– А как насчет того стражника, кажется, его зовут Алексом? Ну, который рассказал тебе о смерти отца. Насколько он глубоко увяз в этой истории?

– Достаточно глубоко.

– Тогда, я думаю, стоит включить в список и его. Нельзя оставлять за собой такого свидетеля, особенно живым. Он слишком много знает о наших планах.

Ариадна решительно отбросила за спину волосы.

– Разумно. Итак, шестеро. А еще нужно прибавить мою служанку, Клара будет седьмой. Счастливое число, правда?

– Слишком большое, чтобы сохранить секрет. Но выбора у нас нет.

Затем они обговорили последние приготовления. Ариадна успела узнать и теперь сообщила любимому, что пленников собираются опоить каким-то дурманящим зельем. Его подадут в ритуальной чаше, а потом поведут жертв глубже в Лабиринт. Навстречу смерти.

– И через несколько часов все умрут. Они исчезнут для мира навсегда, а скажут, что их убило чудовище из Лабиринта.

Как раз на рассвете назначенного дня восемнадцать пленников в сопровождении жрецов Шивы и отряда дворцовой стражи поведут к центру Лабиринта.

– Дедал работает совсем рядом, и он сказал, что видел, как неподалеку команда работников соорудила что-то вроде клетки. Им даже пришлось разбить стены Лабиринта, чтобы расчистить место.

– А как нас собираются уморить?

Царевне доводилось слышать несколько рассказов на эту тему, но она не хотела обсуждать их со своим возлюбленным.

– Ты спасешься! Тебя это не коснется.

– Конечно, нет, – сказал Тезей, погладив девушку по руке. – Ну, пока у нас есть время, давай обсудим все детали. Кто знает, вдруг все пойдет не так.

– Давай обсудим.

– Но прежде… Не могу понять, как твой дядя собирается объяснить миру, куда делись восемнадцать заложников?

– Судя по тому,