— Евод, остановитесь, — крикнула Лина, прерывая избиение мужчины, и подошла к ним.

Остальные ученики этой группы отрабатывали метание копья по движущимся мишеням, и было не понятно, что в этом было сложного, и почему этот солдат отказался выполнять задание.

— Госпожа? — поклонился он и тут же повернулся к своим ученикам, которые встали на колени. Он открыл было рот, чтобы приказать им продолжить тренировки, но вовремя опомнился. Не ему поднимать их с колен.

— Это тот самый солдат, о котором вы говорили?

— Да, но он пока ещё не солдат, и вряд ли им когда-нибудь станет, — холодно произнёс Евод.

— Значит, ты хочешь покинуть лагерь? — спросила Лина у сидящего на коленях мужчины, пытаясь скрыть на лице брезгливость. Она всю жизнь презирала слабость, боролась с ней, а этот человек вызывал у неё отвращение.

— Да госпожа, — тихо ответил он, не поднимая глаз.

— Хорошо, — сказала она, а Евод изумлённо открыл рот. Но Лина не обратила на него внимания и повернулась к управляющему. — Гелен, соберите всех учеников этого и соседнего лагерей, пожалуйста.

Управляющий поклонился и быстро убежал выполнять поручение.

— Вы просто отпустите его? — недоверчиво спросил Евод.

— Нет конечно, не просто. Ой, встаньте, — произнесла Лина, замечая, что солдаты всё ещё сидят на коленях. — У нас есть ещё время, и вы можете пока потренироваться.

Евод вопросительно посмотрел на Лину, прося объяснений, но она усиленно делала вид, что не замечает этого, а очень увлечена наблюдением за занятиями учеников. Но времени оказалось не так много, как Лина думала, Гелен вернулся очень быстро и сказал, что ученики и учителя уже собрались на центральной площадке, где обычно проводились общие сборы, и все проследовали туда.

— Гелен, вы сможете сделать это? — очень тихо спросила Лина, когда они подходили к площадке, в центре которой уже горела жаровня с раскалённым клеймом внутри.

— Конечно, — кивнул он.

— Спасибо, а то я боюсь, у меня рука дрогнет, — благодарно улыбнулась она.

Хилон с советниками, Левком и всеми инструкторами обоих лагерей остались стоять с краю, а Лина и Гелен с несостоявшимся солдатом под пристальными взглядами прошли в центр.

Лина глубоко вздохнула, собираясь с мыслями, и попыталась успокоиться. Всё это было очень волнительно и непривычно для неё. Она никогда не была хорошим оратором, и в подобных ситуациях до этого не оказывалась.

Но делать было нечего.

— Я собрала вас здесь для того, чтобы вы посмотрели на этого мужчину! — начала очень громко говорить Лина, показывая пальцем на сидевшего на коленях рядом с ней ученика. — Эти лагеря были организованны недавно, и вы все были удостоены чести стать первыми учениками и изучить в этом месте военное дело. И каждый из вас заранее был предупреждён о том, что обучение здесь не похоже на райскую жизнь, хотя как по мне, вы тут больше отдыхаете, чем тренируетесь. Но сейчас не об этом… Вы находитесь в спартанском лагере, где воспитывают сильных, выносливых и умелых воинов, которые непременно станут гордостью греческой армии! Но приехав сюда, я увидела это, — Лина резко выхватила из-за спины кинжал и показала им на мужчину у своих ног. — И мне стало противно, — добавила она уже тише. — Противно, потому что в Греции ещё остались такие слабаки и трусы, которые посмели осквернить это место! Почему ты хочешь уйти? Скажи нам. Скажи, чтобы все слышали!

— Я устал… — тихо прошептал он.

— Что? Ты устал? — не поверила своим ушам Лина.