Луси было так стыдно, что она испытывала почти физическое страдание. Ей необходимо поскорее что-то предпринять, чтобы хоть как-то исправить содеянное.

— По-моему, ты неправильно меня понял, — тихо произнесла она, обращаясь к Патрику и надеясь, что внимание Сида по-прежнему сосредоточено на дороге. — Мое решение расстаться с Фредом никоим образом не связано с тобой. Как я уже сказала, у меня еще прежде возникли серьезные сомнения относительно предстоящего брака. Не стану отрицать, ты мне нравишься. Тебе, безусловно, известно, насколько ты красив и каким дьявольским шармом обладаешь, так что удивительного в этом ничего нет. Кстати, Роберт первым распознал... возникшее между нами притяжение и очень разволновался из-за этого. Но... ведь никто не заставляет нас углублять наши отношения, верно? — заметила Луси с гораздо большей уверенностью в голосе, чем это было на самом деле. — Почему мы не можем быть просто друзьями?

— Если ты и впредь станешь смотреть на меня так, как несколько минут назад, то из этого ничего не выйдет, — горько усмехнулся он.

Луси подавила судорожный вздох. Ей во что бы то ни стало нужно сохранить спокойствие.

— Понятно. Но в тот момент ты прикоснулся ко мне. Если ты дашь слово джентльмена, что постараешься не дотрагиваться до меня без особой нужды, то и я обещаю не делать ничего такого, что явилось бы для тебя провокацией.

Патрик саркастически рассмеялся.

— Прежде мне не приходилось общаться с такими скромными девушками!

— Мне тоже попадались мужчины, которых трудно было назвать джентльменами, — парировала Луси. — Но сейчас речь идет о нас двоих, а не о том, с кем нам приходилось встречаться. Надеюсь, мы сможем соблюдать условия договора. Во всяком случае, в себе я уверена.

— Жаль! — вздохнул Маккинли.

— Ты не должен так говорить.

— Знаю, — понуро кивнул он.

— Кроме того, мою поездку в Уэндейл-холл тоже придется отменить. Так будет лучше.

— Ты права...

— А сейчас я, пожалуй, попытаюсь сосредоточиться на цели своего визита в Глазго, — заметила Луси, кивнув на показавшиеся впереди корпуса больницы. — Кажется, мы уже прибыли, и я начинаю волноваться.

Маккинли посмотрел на нее с некоторым смущением.

— Ну и бестолков же я! Как можно было забыть! Разумеется, ты волнуешься. И Кении ждет нас... А я погрузился в собственные переживания, как будто нет более важных вещей. Прости меня. Прости за все...

— Мне не за что тебя прощать. В жизни иногда возникают совершенно необъяснимые ситуации.

— Но все имеет тайный смысл, особенно когда дело касается переплетения человеческих судеб. Я уверен, что события жизни каждого человека предначертаны с самого его рождения. Или даже раньше...

— Простите, милорд, — повернулся к Патрику шофер. — Мы приехали. Прикажете остановиться у входа?

— Разумеется, Сид, — кивнул Патрик, возвращаясь к реальности. — Мы выйдем здесь, а ты найди где-нибудь место для парковки и возвращайся сюда. Подождешь нас в больничном холле.

— Слушаюсь, сэр, — невозмутимо ответил Сид. Если он и услыхал что-либо из того, о чем говорили Луси и Патрик, то виду не подал.

Не дожидаясь помощи Патрика, Луси выпорхнула из автомобиля и стала подниматься по ступеням главного больничного входа. Патрик нагнал ее наверху.