Одно лишь воспоминание о восхитительной постели вновь вызвало краску смущения на лице Луси. Патрик заметил это и заключил ее в объятия. Она даже не успела воспротивиться.

— Перестань изводить себя ненужными сомнениями, — тихонько шепнул он, прижимая ее всем телом к себе.

Зрачки Луси сразу расширились из-за разлившейся внутри нее пронзительной волны желания, с губ слетел сдавленный стон... Этот стон и выдал ее состояние Патрику. Услыхав этот преисполненный страсти звук, он сжал ее крепче, чтобы и она ощутила, как велико его собственное желание. Луси мгновенно осознала, что Патрик жаждет близости столь же сильно, как и она, но проявляется это куда более мощно.

Охваченная внезапной паникой, Луси резко оттолкнула его от себя. И оказалось, что как раз вовремя, потому что в этот момент Кен зевнул и потянулся.

— Долго я спал? — спросил он, садясь на постели.

— Нет, не очень, — ответила Луси, делая неудачную попытку улыбнуться. Опасаясь встретиться с Патриком взглядом, она подошла к кровати и нагнулась за валявшейся на полу книгой. — Но думаю, тебе пора подниматься, потому что скоро будет ужин.

— Который конечно же накроют в столовой. Верно, дядя Падди? — судя по тону вопроса, Кен явно был не в восторге от подобной перспективы.

— Разумеется, — подтвердил Патрик. — Но если ты предпочитаешь поужинать на кухне вместе с Кэтти и Реем, то никто возражать не будет.

— Да, пожалуйста! Именно там я и хочу ужинать! Терпеть не могу сидеть за этим дурацким длинным столом, где никого не видно из-за подсвечников, цветов и всего остального.

Патрик рассмеялся, и Луси воспользовалась этим, чтобы украдкой бросить на него взгляд. Ей показалось, что он ничуть не смущен и прекрасно владеет собой. Стороннему наблюдателю даже в голову не пришло бы, что еще минуту назад он переживал сильнейшую вспышку страсти.

— В твоем возрасте, Кении, я рассуждал точно так же, — обронил он через плечо, направляясь к двери. — Значит, я скажу Кэтти, чтобы она накрыла стол только для нас с Лу.

— Я хотела спросить, — отозвалась Луси. — Нужно ли переодеваться к ужину?

Втайне она очень волновалась из-за того, как будет сидеть за столом наедине с одетым в смокинг Патриком, зная, что их ждет впереди.

Маккинли остановился на пороге, задержав руку на дверной ручке, и медленно оглядел Луси с ног до головы. Когда его взгляд скользнул по выпуклостям груди, она не выдержала и опустила глаза, потому что отвердевшие и явственно выступающие из-под тонкого трикотажного джемпера соски свидетельствовали о том, что желание все еще не покинуло ее.

— Не нужно, — усмехнулся Патрик. — Оставайся в чем есть. Тебе идет этот джемпер.

Луси метнула на Патрика возмущенный взгляд. Их глаза встретились, и она сразу поняла, что ошиблась. Спокойствия у Патрика не было и в помине. За его внешней маской невозмутимости бушевало пламя страсти, и он сейчас испытывал то же, что и Луси, только ему лучше удавалось скрывать свое состояние.

К началу десятого Луси уже едва выдерживала напряжение. Ужин, несмотря на обилие превосходных блюд и изысканность сервировки, оказался так мучителен, как она и предполагала. Хотя многие женщины, наверное, были бы в восторге от ужина в столовой, отделанной ореховым деревом и обставленной антикварной мебелью. А некоторые из них были бы просто счастливы отправиться затем в постель с графом Уэндейлским, не задаваясь при этом глупым вопросом, любит он или нет.

К сожалению, Луси не относилась к числу подобных женщин. Она всем сердцем желала, чтобы чувство, сквозившее во взгляде Патрика все время, пока они находились за столом, оказалось любовью.