– Минск – опасный город, – вздохнул Коллинз, возвращаясь к столу.

– Как и все большие города, – откликнулась Дженис.

Ее нахальство вызвало у адвоката раздражение, но он сохранил невозмутимый вид и вытащил из кармана блокнот черной кожи, в переплет которого был вложен серебряный автоматический карандаш. Написав на пустой странице какое-то имя и номер телефона, он вырвал ее и протянул Дженис.

– Запомните написанное и верните мне листок.

– Кто такой Бланский? – спросила Дженис.

– Старый знакомый, очень полезный контакт в Минске. В случае нужды можете с ним связаться – сославшись на меня, само собой. Мне же остается только пожелать вам удачи и скорейшего возвращения. Не мешкайте, а то опоздаете на самолет.

Дженис посмотрела на часы. До вылета еще три часа, а до Хитроу всего сорок пять минут на поезде.

– Что вас связывает с Эфроном? – поинтересовалась она.

– Он не всегда был журналистом, – проворчал Коллинз.

– А вы? Вы всегда были адвокатом?

– Спросите у него, меня такой вариант устраивает, потому что я сомневаюсь, что он вам ответит. А теперь уходите, пока я не передумал.

* * *

Рим, Киев, Осло, Мадрид и Лондон

Поскольку большинство городских систем видеонаблюдения и так уже давно были взломаны, Матео без особых сложностей нашел в даркнете пиратские сайты, транслирующие изображение с камер Афин. Проследив IP-адреса, он проник на серверы, где хранятся записи, и, как только добрался до них, переслал коды доступа своим соратникам. Диего чуть его не опередил.

Корделия скопировала фиды за день, чтобы ее никто не обнаружил, пока она будет их просматривать, и вывела на экран план города.

Столица Греции была разделена на зоны. Корделия выбрала те из них, которые были расположены между «Мегароном» и аэропортом, и поделилась результатом с «Группой». Еще через пятнадцать минут Витя отследил момент выхода Романа из конференц-центра.

– Вот он, на площади, – сказал он Алику, который наконец решил помочь.

– У него очаровательная девушка, – прокомментировал тот.

– Была очаровательной. А сейчас агенты Лучина, вероятно, ее избивают.

– Вот! – Алик со смущенным видом показал пальцем на экран. – Вот этот тип идет к ним, но лицо разглядеть невозможно.

Витя нашел еще три камеры, заснявшие эту сцену под разными углами, и заметил второго мужчину. Братья увеличили изображения, получив серию кадров двух агентов, направлявшихся к Роману и Софье.

Тем временем в Осло Екатерина пыталась пробиться на серверы аэропорта. Сеть терминала была защищена брандмауэром, и взломать эту защиту оказалось сложнее, чем она предполагала. С помощью поисковых систем она нашла фотографии, выложенные туристами, и внимательно их изучила. Обнаружив одну деталь, хакерша ощутила всплеск надежды. Но, чтобы реализовать идею, которая пришла ей в голову, Екатерине нужна была помощь: успех зависел от методического подхода, а в этом с Матео никто не мог сравниться. Побродив по студии со смартфоном в руке, она смирилась с тем, что обстоятельства вынуждают ее вести себя по-взрослому.

* * *

Рим и Осло

Получив сообщение Екатерины, Матео снова зашел на форум.

– Что ты обнаружила? – спросил он.

– Лазейку, по крайней мере, я на это надеюсь, но пока не знаю, где ключ от нее. Я перешлю тебе фотографию, и ты поймешь.

Губы Матео невольно сложились в улыбку, когда он увидел снимок, сделанный в холле аэропорта: на заднем плане был обведен красным промышленный робот-пылесос. Он напоминал газонокосилку, но работал автономно, что означало, что он подключен к сети и в его памяти наверняка есть план терминала. Екатерина – гений.