— Кто бы мог подумать, — сказал он, — оказывается, это компьютерное поколение еще интересуется древними сказаниями. Его звали Блаженный Августин!

— Ну вот, я выиграла пари! — победно сказала Лило.

— Ну а теперь не изволите ли сопроводить меня до выхода? — улыбнулся экскурсовод.

— Само собой! — великодушно согласился Аксель. В душе он был несказанно рад наконец-то выбраться из этих Катакомб. Без провожатого они могли бы заблудиться в запутанных ходах подземелья.

Как только они выбрались наверх, на свет божий, Аксель с наслаждением вдохнул свежий воздух.

Трое кникербокеров поплелись по широкой пешеходной Кэртнерштрассе к знаменитому отелю «Захер».

— Но ведь так не бывает! Это невозможно. Мы же собственными ушами слышали голос. Ясно и отчетливо. Она была в том закутке. Не могла же эта госпожа фон Шрек потом раствориться в воздухе! — Лизелотта рассуждала вслух, энергично размахивая руками. Она была в ярости от собственного бессилия. До сих пор она справлялась с любыми загадками. Ведь это именно она напала на след снежного человека из Китцбюэля! Но найти объяснение таинственному появлению и исчезновению этой дамы с раскатистым «р» она была не способна.

— Братцы, а куда подевалась наша Штокер? — вдруг вспомнил Аксель.

— Да она раньше нас вышла из Катакомб и уже наверняка вернулась в редакцию, — предположила Лизелотта. — Вот проклятье! Нам нельзя было упускать ее из виду. Уже бы разузнали что-нибудь про черное письмо.

Похоже, сегодня все их планы шли насмарку. Лизелотта совсем сникла. В первую очередь она сердилась на себя. И даже великолепное шоколадное пирожное не подняло ей настроения.

Злясь на себя, Умница совсем не заметила, что за ними следят. Да, кто-то следовал за сыщиками по пятам. Кто-то глаз не спускал с кникербокеров…

Было уже семь часов вечера. Эдуард Шеберл снял очки и вытер платком пот со лба. Ну и жара! Спадет она наконец или нет?

Он сидел перед экраном компьютера и набирал тексты заголовков.

Господин Шеберл заведовал архивом «Большой газеты». Все выпуски были собраны в подшивки по годам и месяцам. Эти подшивки загромождали длиннющие полки архива.

Чтобы легче было разыскать какую-нибудь давно опубликованную статью, господин Шеберл составлял алфавитный каталог публикаций. Для этого он страница за страницей просматривал все номера газет и вводил в память компьютера сведения о публикациях, важнейшие имена и заголовки.

Он как раз взялся за очередной номер газеты, как вдруг дверь архива тихонько скрипнула. Легкий сквозняк обдал архивариуса прохладой.

Он даже не задумался, отчего приоткрылась дверь. Посетителей, которые приходят навести справки, в этот час уже не бывает.

— Добрый вечер, — послышался рядом визгливый тонкий голос.

Господин Шеберл вздрогнул. Подняв голову, он увидел грузного лысого человека. На лысине его была татуировка — каракатица с восемью щупальцами. Туповатое лицо пришельца постоянно двигалось: он морщил нос, подергивал им, раздувая ноздри и с шумом втягивая воздух.

— Я сказал, добрый вечер, — повторил он. Фистульный голосок совсем не подходил этому тяжеловесному дяде.

— Да, слушаю вас. Что вы хотели? — осведомился господин Шеберл.

— Справку!

— Вы опоздали. Справки мы даем читателям с десяти до шестнадцати часов. — Господину Шеберлу хотелось поскорее отделаться от этого посетителя.

Тут тяжелая массивная рука схватила его за шиворот и рванула вверх.

— Для меня вы сделаете исключение! — злобно прошипел лысый.