Ханнер знал этот взгляд. Дядя Фаран ожидал, что он сейчас сдастся, признает, что Фаран, разумеется, прав, и все начнут делать то, что он им скажет, – вот только сдаться Ханнер еще был не готов. Он размышлял.

Выжидательный взгляд Фарана начал уже сменяться хмурым, когда Ханнер наконец заговорил:

– Дядя... Ты сказал, правитель намерен обвинить Гильдию в истреблении чародеев?

– Да. Именно это...

– Но пока он ничего не сделал?

Фаран изумленно заморгал, и Ханнер сообразил, что впервые в жизни перебил дядюшку.

– Нет, – ответил Фаран. – Еще не успел. Он просил магистров Гильдии снестись с ним, как только они смогут, и рассчитывает на встречу не позднее, чем завтра. Так что пара‑тройка часов у нас есть...

– Дядя, – снова перебил Ханнер. Глаза Фарана были уже совершенно круглыми. – Почему ты так уверен, что Гильдия объединится с правителем? В конце концов чародеи – такие же маги, как и они.

Рот Фарана приоткрылся – и закрылся вновь.

– Надо поговорить с ними, – заявил Отисен. – Возможно, они на нашей стороне!

– Возможно, и среди них есть чародеи, – предположил Ханнер. – Ведь нет причин, почему бы им не быть и среди магов.

– Кто знает? – спросил Фаран. – Может, магов чары не затронули.

– Но даже если и так, они могут нам сочувствовать, – сказал Ханнер. – Ты ведь не просил делать тебя чародеем.

– Они не допускают, чтобы среди правителей были маги, – напомнил Фаран.

– Большинство чародеев не имеют власти, – возразил Ханнер. – Вы – да, а Рудира, Зарек и Отисен – нет, они простые люди. У них столько же прав стать магами, как у любого подмастерья.

Ханнер, давно знакомый с дядюшкой, видел, как борется Фаран с желанием сказать, что ему‑то это ничем не поможет, что он хочет сохранить и пост, и вновь обретенную силу. Фаран никогда не признался бы в личных мотивах, но присутствовали они всегда.

– Тебе, наверное, придется отказаться от титула, – добавил Ханнер.

– Да, полагаю, придется, – медленно проговорил Фаран. – Но это все же лучше, чем казнь.

Ханнер вовсе не был уверен, что дядя Фаран на самом деле так думает.

– Ты должен поговорить с ними, лорд Фаран, – сказал Отисен. – Может, они сделают исключение.

– Они никогда... – хором начали Фаран, Ханнер и Альрис, потом переглянулись, и Ханнер закончил: – Не делают исключений.

– Но я с ними поговорю, – добавил Фаран. – Вы совершенно правы – мы не знаем, какую позицию займет Гильдия магов в этом деле.

– Мы не знаем, долго ли сохранится новая магическая сила, – сказал Ханнер. – Возможно, если упирать на то, что она – вещь временная, они будут более терпимы. Маги прозорливы, и даже если те, кто обрел дар чародейства сейчас, останутся чародеями до конца жизни, это не то же самое, как если бы все взяли себе подмастерий и принялись обучать чародейству.

– Но ведь такое может случиться снова, – возразила Рудира. – То, что случилось вчера ночью, хочу я сказать. Насколько мы знаем, оно и может вполне случиться – сегодня или завтра.

– А про это не нужно им говорить, – заявила Альрис.

– Вы хотите, чтобы я отправился побеседовать с магистром Итинией? – спросил Ханнер.