– Леди Джонатан, – тихо сказал Райдерборн, – вы просто сияете! Не потому ли, что завтра Джек отплывает?

– Разумеется, – твердо ответила Энн, – потому что я еду с ним…

– В Индию?! – спросила герцогиня. Джек повернулся к матери.

– Нам нужно быть вместе даже на краю земли. Вы можете простить мне это, ваша светлость?

Она подошла и положила руку ему на рукав.

– Мне нечего было прощать, мой дорогой сын, кроме одного: моих опасений, что вы утратили волю к жизни, что вы пытались отрицать любовь.

– Вы были не так уж не правы, – сказал Джек, кладя свою руку поверх ее руки. – Но вам больше не нужно за меня бояться. Энн постарается, чтобы я выдержал любое несчастье, которое может выпасть мне на пути. Пока же она собирается научить меня понимать возраст Земли и ужасных созданий, которые когда-то сотрясали ее. Возможно, мы сумеем постичь Божий замысел.

Зеленые глаза богини наполнились слезами.

– Вы не должны возмущать меня богохульством, Джонатан.

– Я не хотел, давайте пройдемся немного.

Они отошли, его темная голова склонилась к ее белокурой, герцогиня слушала сына либо задавала время от времени вопросы. В конце комнаты они остановились лицом друг к другу. Герцогиня еще что-то сказала. Джек наклонился и поцеловал мать в лоб. Когда они вернулись к остальным, лицо его матери было влажно.

– Стало быть, вы с моим сыном нашли новую цель, – с улыбкой обратилась герцогиня к Энн. – Вы отправитесь вместе охотиться на драконов. Благослови вас Бог, дитя мое! Мне кажется, вы начали исцелять его. Но все равно мой сын изменит вас больше, чем вы измените его.

– Надеюсь, – сказала Энн. – Джек открывает передо мной мир. Он дарит мне глубины и великолепие своего духа. Он никогда не сможет причинить мне вреда или испортить меня. Как можно? Мы ведь любим друг друга.

Герцогиня наклонилась и расцеловала Энн в обе щеки.

– Значит, вы – его спасение. И ваша любовь друг к другу будет хранить его жизнь, пока он не соблаговолит вернуться домой.

Времени на большее уже не оставалось. Корабль входил в Ла-Манш против ветра, карета герцога ждала.

Герцог и герцогиня простились со своим младшим сыном и его молодой женой.

Энн стояла рядом с Джеком и смотрела, как удаляется карета. Подошел Райдер. Грум держал его лошадь под уздцы.

– Теперь моя очередь, – сказал Райдер. – А у меня есть записка от Ги только для тебя – он постарается перехватить вас по дороге на корабль, чтобы самому проститься. Я не могу объяснить, – Райдер вынул записку, – что-то связанное с какой-то женщиной – некоей мисс Рейчел Рен. Есть еще и другие новости.

Джек бросил взгляд на записку, потом снова посмотрел на брата.

– Да, Урия Торнтон убит, – сказал тот. – Удавлен. Никто не знает, кто это сделал. Мне очень жаль, Джек.

– Что я не сам лишил его жизни? Мне не жаль! – Братья заключили друг друга в медвежьи объятия. – Спасибо, Райдер, за то, что ты остался самим собой. Не меняйся! И спасибо, что приехал проститься.

Лорд Райдерборн подошел к своей кобыле и взлетел в седло, потом наклонился и подмигнул.

– Я приехал только для того, чтобы просить тебя привезти мне еще одного нефритового коня, – сказал он. – С первым я обошелся небрежно. Больше я никогда не совершу подобной глупости.