– Так что ты будешь делать?

– Пока не знаю. Есть программа-минимум – выбраться отсюда и положить побольше этих уродов, что шатаются поблизости. Дальше видно будет. Кстати, сколько у тебя патронов в пистолете?

– Десять.

– Негусто. На, держи еще один, – Влад протянул летчику браунинг, – с запасной обоймой. В каждой – по двенадцать патронов. Обращаться умеешь?

Кудесник осмотрел оружие.

– Конечно. Это же армейская модель, недавно поступила на вооружение. Выпуск 97-го года... Откуда он у тебя?

– Трофей, – ответил Рокотов и задумался.

Ловушка, столь ловко поставленная неизвестным, была проверена самым тщательнейшим образом. Проводник копался почти час, осматривая каждый лист, каждую веточку в радиусе девяти метров от разорванного выстрелом помпового ружья. Солдаты, которым был преподан страшный урок, не отрывали глаз от прицельных рамок, развернув линию обороны по всем без исключения направлениям. Отряд в очередной раз понес неожиданные и бессмысленные потери.

А неизвестный, сделав свое дело, вновь растворился, не оставив ни малейшего следа.

Проводник отозвал майора в сторону.

– Тебе надо собраться. Я понимаю, что все произошло слишком неожиданно, но если ты не мобилизуешь людей, о выполнении задачи можно забыть.

– Что ты обнаружил? – командир все еще выглядел подавленным.

– Ничего, что могло бы дать ответ на самые насущные вопросы. Граната, капроновая нить, ружье... совершенно идиотский набор. Причем ружье забили порохом и дробью доверху. Расчет на один-единственный выстрел. Логичного объяснения, кроме того, что у них очень мало патронов, нет... Но если он такой грамотный специалист, то почему не сделать ловушку помощнее? Со связкой гранат, к примеру... Не понимаю.

– Это тот русский, – как сомнамбула, пробубнил майор.

– Ты зациклился, – резко заявил проводник. – У русского не могло быть ружья. Он захватил пистолет, автомат и гранаты. Разбил рацию. Но помпового “моссберга” у наших не было. Да и зачем ему ружье с несколькими патронами, если есть скорострельное оружие?

– Это русский, – повторил майор.

– А смысл ему на нас охотиться? Судя по его действиям, он не производит впечатления человека, склонного к рискованным поступкам... прийти сюда – безумие. Он должен искать населенный пункт, а не по безлюдной местности бродить.

– Хорошо. Тогда кто?

– Диверсант-одиночка, заброшенный сюда заранее. Зачем, почему – нет ответа... Возможно, чтобы проконтролировать наши действия. Хотя тогда непонятно, зачем ему пилот...

– Здесь нет никого, кроме нас. Это уже подтверждено полчаса назад. Нам даны рекомендации действовать по обстоятельствам, – майор кивнул на радиста. – Я дважды запросил оперативный центр. Они сюда никого не посылали.

Проводник стукнул себя по колену.

– И ты поверил?! Ради собственных амбиций они могут нами пожертвовать. Или мы возьмем пилота, или нас спишут... Вспомни о том, сколько обещано за успешную операцию. За такие деньги нас могут подставить под удар авиации... Или послать диверса, благо район поиска известен.

Майор ссутулился и стал смотреть себе под ноги.

– Дай радиограмму, – предложил проводник, – что диверсанта мы уничтожили. И проверим реакцию. Свяжись вечером, сообщи, что одна из групп расстреляла неизвестного, тело не опознано, а сам расставь наблюдателей на внешних подступах к району. Если они нам врут, то этой же ночью постараются ввести сюда других своих людей. Тогда у тебя будет доказательство.

– А что делать с этим, что внутри зоны? – командир постепенно приходил в себя.