Стендовый компьютер не имел обратной связи с блоком наведения, и тот честно записал в свою память “единицу”.

Загрузка продолжилась в обычном режиме, ровно через три минуты лампочка контроля просигнализировала техникам, что процесс завершен.

Блок под номером 66930134 осторожно сняли со стенда, опломбировали и загрузили в ячейку обшитого изнутри и снаружи пенопластом ящика. Оснащенным этими системами наведения ракетам вскоре предстояло пройти испытания в настоящих боевых условиях.

Но техникам, конечно же, об этом никто не сообщил.

Детектив он купил в аэропорту перед вылетом в Югославию. Нельзя сказать, что он особенно” уж любил современные криминальные боевички, но захватить с собой развлекательное чтиво было разумно – иначе в лесу свихнуться можно. И от отсутствия общения, и от пустоты в голове в конце трудового дня, и просто без любой новой информации.

Автор с малозапоминающейся фамилией на протяжении огромной по объему серии натужно и потрясающе косноязычно повествовал о приключениях трех бывших сотрудников какой-то таинственной спецслужбы. Клички персонажей были подстать интеллектуальному коэффициенту писателя – Глухой, Немой и Паралитик. Причем Глухой обладал музыкальным слухом, Немой пел оперным баритоном, а Паралитик танцевал брейк. С чего автору вздумалось наделять героев столь неподходящими к их реальным данным прозвищами, Владислав так и не понял. Видимо, для конспирации.

Все без исключения персонажи вели себя, мягко говоря, странновато. Во-первых, жутко пили. Ради интереса Рокотов подсчитал, сколько каждый из них “воспринял внутрь” на протяжении одной главы. Получилось в среднем в сутки на брата около полутора литров водки. Как они после подобных доз горячительного совершали различные подвиги и вообще держались на ногах, оставалось невыясненным.

Во-вторых, герои пользовались странным оружием. Предпочитая револьверы системы “кольт” (это в нашей-то стране!), они безостановочно передергивали на них затворные рамы перед тем, как начать стрельбу. Где автор обнаружил на револьвере затворную раму, Влад так и недотумкал.

И в-третьих, нечто совершенно уж фантастическое творилось с боекомплектами к пресловутым револьверам. Без перезарядки барабана основные персонажи поливали свинцом десятки врагов, и те падали, нашпигованные пулями, как “Сникерс” – орехами. Владислав представил себе сей агрегат с барабаном на сотню патронов и чуть не умер от хохота.

Враги у героев были многочисленны, коварны и хитры. Суть конфликтов оставалась недоступной для понимания; по всей видимости, и сам автор смутно себе представлял, зачем бывшим служакам требовалось нарываться на неприятности и затем вступать в перестрелки. Завязка обычно была скомканной и короткой – один из описываемой троицы называл кого-либо “козлом”, причем обязательно публично и в присутствии бритоголовых “братанов”, те его долго и с чувством дубасили, а потом друзья этого клоуна начинали вендетту по-русски, которая в финале оканчивалась полной победой. Про органы МВД речи не заходило, существительного “милиционер” Владу не попалось ни разу.

Куда девались горы трупов, автор тоже тактично умалчивал.

Рокотов на секунду закрыл книгу и перечитал название – “Глухой идет в консерваторию”. При чем тут консерватория, без стакана было не разобраться, – он прочел уже три четверти книги, и о музыке не было сказано ни слова.