– Рад это слышать, – пробормотал Ник, борясь с желанием схватить ее за плечи и трясти ее, пока не услышит правды. Не зная, что говорить дальше, он спросил: – А как семья Финнея? Как они?

Она отвела взгляд от Мака, или, вернее, от его внушительного саквояжа, и с подозрением посмотрела на Ника.

– Живут, как и следовало ожидать. Требуется время, чтобы привыкнуть, но они справляются. Сомневаюсь, что они когда-нибудь полностью оправятся от горя.

– Никто не может, – согласился он, не спуская с нее взгляда. Вид этих сияющих зеленых глаз, таких обманчиво невинных, разжигал его гнев. – Такая трагедия. Меня преследуют воспоминания о той ночи, и не могу даже сказать, как я беспокоюсь за вас. – Он прижал руку к сердцу, изображая тревогу.

– За меня? – Она поднесла руку к горлу и заморгала, словно пытаясь избавиться от пылинки, попавшей ей в глаза.

– Да, – ответил он, по-прежнему не спуская с нее пристального взгляда. – Не следует так легко относиться к родам, это может быть опасно для жизни.

– Действительно, – согласилась мисс Элеонора, затем под осуждающим взглядом племянницы крепко сжала губы.

Мередит снова посмотрела на него:

– Не волнуйтесь за меня, милорд. Надеюсь, вы проделали весь этот длинный путь не для того, чтобы выразить свое беспокойство о моем здоровье. Я могла бы написать письмо и заверить вас, что я вполне здорова. – Хотя она и смягчила свой выговор улыбкой, было ясно, что она не желает его вмешательства. Он знал это с самого начала. Но только сейчас понял почему.

Ник изобразил на своем лице любезную улыбку.

– Я понял, что единственное, что успокоило бы меня, – это сделать то, что я предложил.

С возраставшим удовлетворением он наблюдал, как ее глаза снова устремились на Мака. Ее страх чувствовался даже в воздухе, как что-то ощутимое, материальное, которое Ник мог бы потрогать. Очевидно, она поняла его намерения и то, что означал этот визит.

Возбуждение и торжество овладели им. Он разгадал ее игру, поймал ее в ее собственные сети лжи. Обманщица. Неужели она действительно думала, что сможет осуществить свой обман?

– Ч-что вы имеете в виду? – заикаясь, спросила она, вдруг заинтересовавшись своими ногтями.

Он улыбнулся, наслаждаясь ее растерянностью.

– Я решил прибегнуть к услугам врача. – Ник указал на Мака. – Он согласился осмотреть вас.

– Что?! – Ее голос взлетел на несколько октав. Она забыла о ногтях и вцепилась в подлокотники своего кресла.

Ник заморгал с самым невинным видом.

– Свелл убедится, что вы и ребенок хорошо…

– В этом нет необходимости.

– Значит, вы показывались врачу?

Она заколебалась, и он словно увидел, как крутятся мысли в этом ее изобретательном мозгу.

– Нет, – медленно произнесла она, – Мари прекрасно разбирается в таких делах. Ее забот более чем достаточно.

– Да, Мари очень много знает. – Мисс Элеонора, оправившаяся наконец от шока, поддержала ее.

– Я бы чувствовал себя намного спокойнее, если бы вы позволили хорошему доктору осмотреть вас. Он специалист высокого класса. – Ник прищурился и выдвинул более веский аргумент: – Я знаю, вы прежде всего беспокоитесь о своем ребенке. Как и все хорошие матери. Вы не захотите упустить случай, когда один из самых лучших врачей Британии оказался рядом с вами.

Тяжелая тишина нависла в воздухе, когда их глаза встретились в безмолвной борьбе: чья воля окажется сильнее? Была ли она готова признаться в обмане и покончить с этим? Он сумел загнать ее в угол.