Перед глазами встает Лика — истерзанная, надломленная. Картина, которую я никогда не забуду. Никогда не прощу.

Я снова приподнимаю Ника над полом и заношу кулак, желая превратить его ненавистную рожу в кровавое месиво.

И чувствую, как мой кулак проваливается в темноту, а вместе с ним — и я. Океан смыкается над моей головой, утягивает на дно.

Но впервые за все прошедшее время во мне кипит желание бороться с этой тьмой. Только бы еще раз увидеть свет…

Часть 21. Мира

Квартира Никиты оказалась небольшой, но вполне уютной, несмотря на то, что действительно производила впечатление нежилого помещения. Но мне на это было решительно плевать. Хотелось уединения. Да и перед дедом рано или поздно стало бы неудобно, особенно когда он начал бы сыпать вопросами, почему так долго не возвращается мой муж.

— Техники не очень много. Но плита и чайник есть, — сказал Ник, проведя для меня маленькую экскурсию.

Она состояла в том, чтобы показать кухню-гостиную и спальню.

— И холодильник, — кивнула я в угол.

— Да, точно. Тебе одной его более чем достаточно будет. А когда я к тебе перееду…

Он попытался меня обнять, но я увернулась.

— Когда переедешь, тогда и подумаем, что тут перестроить-переклеить. Я помню, — заверила Никиту и демонстративно зевнула.

— Устала? — тут же поймал он мой «посыл». — Я тогда поеду. Очень много дел.

Я невольно усмехнулась. Ник настолько часто говорил мне, как сильно занят, что эти слова уже отпечатались на подкорке моего мозга.

— Ты закажешь продукты? Справишься? — уточнил он перед тем, как уехать.

— Я пройдусь по магазинам. Присмотрела рядом парочку, когда ехали сюда. Хочу куда-то выбраться.

По правде говоря, его тон меня покоробил. Даже заставил почувствовать себя беспомощной, неспособной сделать ничего без участия кого бы то ни было.

— Кстати. Я хочу начать зарабатывать деньги сама, — завела тот разговор, который волновал меня довольно ощутимо.

Когда мы с Никитой познакомились, я едва успела закончить вуз и была в поисках работы. А когда мы стали встречаться и будущий муж узнал, что я нашла себе должность библиотекаря — ужаснулся. Постоянно повторял, что свою невесту, а в скором времени и жену, он способен обеспечить так, чтобы она забыла это ужасное слово «работа». И я, как дурочка, пошла у него на поводу. Деньги он действительно мне давал… причем, по моим меркам, весьма немалые.

— Снова пойдешь стряхивать пыль с того, что никому не нужно? — рассмеялся как-то зло Ник, и я нахмурилась.

— А если и так? Всякая работа хороша, — запротестовала в ответ.

— Только если ты — не моя жена, — пожал плечами Никита. Сунул руки в карманы брюк, небрежно прислонился плечом к стене. — Так что забудь, маленькая. У тебя на карте достаточно средств, я слежу за тем, чтобы она пополнялась регулярно.

— Но я хочу заниматься чем-нибудь, в конце концов! — не выдержала я.

— Так займись. Собой. Или благотворительностью. Организуй кружок вышивки, запроси у моей секретарши контакты богатых женушек. Они с радостью придут к тебе на чай или чего покрепче. Перемоете нам кости.

Тихо рассмеявшись, Никита распахнул дверь и прежде чем я успела сказать хоть что-то, добавил:

— И никаких глупостей, Мира.