Рэйчел.

Она подняла глаза.

Дилл держал в руках золотой меч, но глаза его были белее крыльев. Невидимый поток потянул его за собой прочь от Рэйчел.

Подожди! Вернись!

Но ангел был уже далеко, затерявшись в рядах своих славных предков. Они собрались вокруг Дилла, закованные в бронзу и сталь, смеялись над ним. Он пытался что-то сказать ей.

Что? Что?

Рэйчел почти услышала.

Девушка проснулась, пораженная внезапной мыслью. Дилл жив и нуждается в ней.

Черные полоски лежали на каменном полу. Камера оказалась освещена.

Свет шел снаружи.

— Кто ты? — Карнивал сидела посреди камеры и грозно смотрела мимо Рэйчел.

— Бог, — ответил глубокий низкий голос.

Рэйчел быстро перевернулась.

Обтянутая грязно-серой кожей плоть каскадами свисала от лысины и до лодыжек. Бог походил на оплывшую гору жира. Он был совершенно обнажен, по всей видимости, мужского пола. Единственным свидетельством половой принадлежности служил голос, складки жира скрывали все неопровержимые доказательства. У него за плечами росли гигантские крылья: словно гейзеры песка вырывались из холма на его спине. Хотя вряд ли это существо взлетало хоть раз за последние несколько тысяч лет.

— Печально, — прошипела Карнивал. — Ничего странного, что ваш бог выглядит именно так. Не зря же его вышвырнула Айен.

Бог ничего не ответил ангелу. Он поднял фонарь и нагнулся ближе к решетке. Жир поплыл, и на Рэйчел уставились два кровавых глаза.

— Ты спайн, — загремел голос. — Но не посвященный. Почему?

— Какой же ты всеведущий, — усмехнулась Карнивал. Ее гнев нашел новую тропу и пытался сделать первый шаг.

— Ты Ульсис? — спросила Рэйчел.

— Отвечай на мой вопрос.

— Отвечай на мой.

Огромное лицо покрылось сетью морщин и складок.

— Я Ульсис.

— А я не посвящена, — объяснила Рэйчел, — потому что мой брат был против.

— Это ничего не значит. Пресвитер скрыл это от меня. Почему?

Сайпс? Старик разговаривал с богом? Скрывал что-то от него ?Это встревожило девушку, у нее пропало желание дальше развлекать Ульсиса.

— Сам у него спроси.

Ульсис долго смотрел на Рэйчел из-под нависших бровей, словно снимая с нее слой за слоем, подбираясь к сердцевине. Когда бог заговорил, голос его сотряс землю.

— Ты не первая, кто приходит искать ответы, смертная. Жизнь и смерть, вечные вопросы…

— Я не ищу ответов, — перебила Рэйчел. — Я ищу шприц.

— Ты видел его? — спросила Карнивал.

Огромные куски плоти пришли в движение. Бог повернул к ангелу искаженное гневом лицо и ткнул в нее толстым пальцем.

— Уродец, зачем ты пришла?

Карнивал подскочила к решетке и плюнула Ульсису в лицо.

— Не помнишь меня? — прогремел голос, и гора плоти вздрогнула.

Карнивал снова плюнула ему в лицо.

— Ты ничего не помнишь… — Бог вытер слюну, и глаза его сверкнули. — Так ведь, Ребекка?

Шрамы Карнивал налились кровью.

Свет в глазах Ульсиса становился все глубже, ярче. Сгущавшаяся вокруг темнота начала сплетаться в цепи, которые росли из плеч и крыльев бога. Цепи потянулись в камеру и окружили Карнивал. Звенья шептали голосами сотен тысяч душ.