Осторожный Бык решил дать ему возможность исследовать этот неизведанный мир. Разумеется, он доверял Шакалу, но, прежде чем повести свою армию на незнакомую территорию, следовало убедиться, что там их не ждет западня.

Волоча ноги, Старик брел за Скорпионом, который быстро догнал своего названного брата. Внезапно их всех накрыла тень, а над ними раздался шелест крыльев.

Огромный гриф завис над городом и смотрел на пришельцев так, словно готов был растерзать их своими мощными когтями.

Старик повалился на землю.

— Восхвалим же нашу праматерь! — воскликнул Шакал. — Оплодотворенная сияющим ветром, она кровью своей кормит своих детенышей! Да защитит она нас так же, как защищает этот город!

Гриф несколько бесконечно долгих мгновений парил над городом в восходящем воздушном потоке, а потом взлетел к облакам и исчез из виду.

Скорпион помог Старику подняться.

— Нам точно надо идти дальше?

— Мать-гриф дала нам свое благословение, — сказал Шакал. — Теперь нам нечего бояться.

С опаской Старик стал рассматривать город, принадлежавший Душам.

Самой большой постройкой был храм, представлявший собой деревянные столбы высотой метров двенадцать с покоившейся на них выпуклой крышей, переднюю часть которой украшали три столба с вымпелами, утверждающими божественное присутствие. Перед святилищем был установлен еще один столб, на вершине которого сидел высеченный из камня сокол — напоминание о связи, существовавшей между Душами Буто и Душами Нехена. Внутри храма находились три изваяния Душ — свидетельство того, что некогда они пребывали в этом мире.

Шакал направился к соседнему святилищу — простой хижине с плетеными стенами и косяками, превосходящими по высоте крышу. Вход украшали коровьи рога.

— Счастливое предзнаменование для Быка! — заметил Скорпион.

Глава клана занес в хижину привезенный из Абидоса ларец, почтив тем самым этот Дом Великий — вместилище могущества Душ.

— В городе все спокойно, — сказал Шакал. — Бык и его армия могут войти.

Северный Ветер возглавил шествие, Аистиха вошла последней. Богатства Нехена всем казались неисчислимыми.

Оборонительные сооружения были выше всяческих похвал. Бык гордился своим укрепленным лагерем, но он выглядел игрушечным в сравнении с Нехеном, городом с толстыми стенами и бастионами из кирпича-сырца, на которых могло разместиться множество лучников. Восторг вызывал вид заполненных силосных ям, чанов с водой, печей, сложенных так, чтобы жар в них долго держался, и хранилищ, забитых до отказа сушеным мясом, сосудами с вином и растительным маслом, слоновой костью, звериными шкурами и деревянной мебелью.

— Ну и ну! — то и дело восклицал Старик. — Эти Души умели жить!

— Ни к чему не прикасайтесь! — громыхнул Бык. — Может, все это — иллюзия или ловушка!

Предостережение возымело эффект. И правда, разве такая щедрость может не вызвать подозрений? Даже Шакал не нашелся, что на это возразить. Что, если перед тем, как уйти навсегда, Души наложили на все, чем владели, проклятие?

— Так я и думал! — буркнул Старик. — Это было бы слишком хорошо.

— Я попробую зерно, — решил Скорпион. — Нармер, ты попробуй воду. Если мы отравимся, Аистиха нас вылечит.

Пожилая врачевательница хотела было усомниться в том, что сможет оправдать его надежды, но Скорпион уже успел открыть люк зернохранилища, схватить горсть зерна и отправить ее в рот.

— Полба! И превкусная!

Нармер сложил ладони чашей и зачерпнул воды.

— Прекрасная вода!

Солдаты выжидающе смотрели на двух смельчаков. Что, если этот яд действует не сразу?

Аистиха подошла к Скорпиону и Нармеру, взяла обоих за запястья и послушала пульс.