С того берега Ист‑Ривер, над районом Куинс, быстро поднималось красное солнце. Казалось, можно проследить за его движением. Саттон‑сквер никогда еще не выглядел так ужасно. В пятницу квартал городских домов уцелел, но в последнюю ночь ему здорово досталось. Стекла со стороны шоссе были разбиты, разодранные сетки свисали с окон.

Зубастые и шарообразные жуки улетели, но пришли более крупные твари. К счастью, деревянные ставни на окнах дома Джии были не только декоративными. Они крепились на прочных карнизах и полностью закрывали окна. Ночь была долгой и напряженной, до самого рассвета слышалось алчное жужжание, но Джия и Джек провели ее в безопасности. Чего нельзя было сказать о других людях.

Джек как раз размышлял, не нуждается ли в помощи кто‑нибудь из соседей, как вдруг заметил нечто, повисшее на угловом фонаре. Что‑то большое и обмякшее.

Он подошел ближе и остановился, поняв, что перед ним труп. Кажется, женщины, но настолько истерзанный, что это трудно было определить.

Как он там очутился? На высоте двадцати футов? Неужели твари из трещины способны летать с такой ношей?

Положение ухудшалось быстрее, чем он ожидал.

Джек проверил девятимиллиметровый «лама», висевший у него на плече в кобуре, и запасные обоймы в карманах, потом вернулся и осмотрел «ральф». Черный брезент был сверху разодран, антенна обгрызена и согнута почти пополам. Краска на капоте пузырилась словно от кислоты. Переднее стекло залеплено зловонными пятнами. Джек вытер их тряпкой из багажника.

Ну и ну! Что случилось с «ральфом»?

Джек оглянулся и увидел на крыльце дома Вики, одетую в джинсы, фланелевую рубашку и жакет. С маленьким чемоданчиком в руке она выглядела настоящей провинциалкой, приехавшей к родственникам в большой город. В ее голубых глазах отразились удивление и испуг, когда она увидела изуродованный верх машины.

– Это все твари из трещины, – сказал Джек и помахал ей рукой, стараясь отвлечь ее внимание от висевшего на фонаре трупа. – Поэтому я и хочу увезти вас с мамой отсюда.

– Мама пока не хочет уезжать.

– Я знаю, Вики. Знаю, черт возьми.

Джия не хотела покидать город, полагая, что они с Вики вполне могут переждать опасность здесь, в кирпичном доме на Саттон‑сквер. Но Джек так не думал. Он считался с ее желаниями, но до тех пор, пока не убедился, что ей угрожает опасность. Прошлой ночью он был непреклонен, стараясь уговорить ее, и в конце концов она согласилась уехать из города с Эйбом, как только наступит рассвет.

– Вы из‑за этого ночью ссорились с мамой?

– Мы не ссорились. Просто... у нас выявились некоторые разногласия.

– Да? А я думала, вы здорово поссорились.

– Я – с твоей мамой? Поссорился? Никогда! Давай, Вики. Устраивайся поудобнее в «ральфе».

В этот момент появилась Джия. На ней были джинсы и свитер с вырезом поверх белой водолазки. Глаза, также отливавшие голубизной, как и у Вики, широко раскрылись, когда она оглядела улицу. Она провела рукой по светлым волосам:

– О Господи!

– Это еще что, – сказал Джек. – Ты увидишь, что творится в остальных частях города. – Он приложил указательный палец к губам и молча показал на висевшее на фонаре тело.

– О Боже!

– Ты все еще считаешь, что здесь вы в безопасности? – спросил Джек.

– Прошлую ночь мы провели нормально.

До сих пор упрямится.

– Но дальше будет хуже.

– Ты уже тысячу раз это говорил.

– Две тысячи раз. Я дорого заплатил за то, чтобы быть уверенным в этом.

– А ты уверен, что в том месте, куда мы уедем с Эйбом, будет лучше?

– Там вы будете как в крепости.